- Как?
- По радио, - Эдди указал на стоящий в углу приемник. - На следующее утро.
- Вы знаете, по какой причине Сэйбол оказался в Чикаго, а Либман - в Нью-Йорке?
- Понятия не имею. Я напуган не меньше Джонни. Похоже, что кто-то намерен уничтожить всех, так или иначе связанных с вечеринкой.
- Вы думаете, ему следует обратиться в полицию?
- Я понимаю, почему он этого не хочет. Если у него еще есть шанс вернуться на сцену, а я знаю, что он думает об этом, история с Беверли, став достоянием широкой публики, поставит крест на его надеждах. Это я понимаю. Но у вас нет таких возможностей, как у полиции, для защиты Джонни. Вот что тревожит меня больше всего.
- Я думаю, Джулиан придерживается того же мнения, но Джонни - его друг, и выставленные им аргументы весьма убедительны.
- Джонни, если захочет, сможет продать бикини эскимосам.
- Ну, спасибо за помощь, Эдди, - Лидия поставила на стол пустой бокал, бросила окурок в пепельницу. - Пойду докладывать боссу.
Харви позвонил из Лос-Анджелеса лишь во вторник утром. Квист попросил его повременить с докладом, пока в кабинете не собрались Лидия, Бобби Гиллард и Конни Пармали. И тотчас же из усилителя, стоящего на столе Квиста, загремел голос Харви:
- Я не смог позвонить вчера вечером, Джулиан. Надо было еще кое в чем разобраться.
- Слетал не зря?
- Увидишь сам. Конни готова? Квист взглянул на мисс Пармали, застывшую над машинкой для стенографирования.
- Начинай, - скомандовал он.
- Я обнаружил третью жертву.
- Третью?
- Да, после Сэйбола и Либмана, - пояснил Харви. - Маршалл, голливудский полицейский.
- Он мертв?
- Можешь не сомневаться. Я начал разыскивать его, как только прилетел. Он уволился из полиции и жил в небольшом коттедже на берегу океана. Приехав туда, я нашел на крыльце три бутылки молока, а в почтовом ящике - газеты за три дня. Дверь черного хода оказалась открытой, и я вошел в дом. На столе в кухне обнаружил недоеденный завтрак. Маршалла не было. Я почуял неладное, Джулиан.
- Я тебя понимаю.
- Пошел к соседу. Тот сказал, что Маршалл любил поплавать по утрам. По тропинке мы спустились на пляж. Там он и лежал с проломленном черепом. Не в плавках, а в джинсах, рубашке и кроссовках. Сосед высказал предположение, что Маршалл упал с обрыва. Я думаю иначе. Он лежал на песке, рядом ни одного булыжника. Судя по всему, его несколько раз ударили по голове чем-то тяжелым. Полицейские пришли к тому же выводу. Молоко, газета, недоеденный завтрак указывают на то, что Маршалла убили в пятницу утром. Того же мнения и судебный эксперт.
- Есть ли подозреваемые?
- Нет. Подъездная дорожка заасфальтирована, следов шин на ней нет. Соседи никого не видели. Машина Маршалла в гараже. С этим все.
Квист взглянул на Лидию и Бобби Гилларда. Вопросов у них не было.
- Продолжай, Дэниэл.
- Я заехал в конторы Сэйбола и Либмана. Рыдающие секретарши. Черная тоска. В обоих местах одна и та же история.
- Какая история?
- Джонни попросил Сэйбола встретиться с ним в Чикаго. Джонни попросил встретиться с ним в Нью-Йорке. Срочно.
- О господи, Дэн, неужели ты хочешь сказать...
- Подожди, это еще не все. Джонни не разговаривал ни с Сэйболом, ни с Либманом. Секретарша Сэйбола сказала, что позвонил мужчина. Она решила, что это Эдди Уизмер, хотя признает, что тот не представился. Он, мол, звонит по поручению Джонни. Сэндз хочет, чтобы Сэйбол встретился с ним в чикагском аэропорту в такое-то время. "Передайте мистеру Сэйболу, что речь идет об особом шампанском". Секретарша знала, что Сэйбол не может лететь: он работает семь дней в неделю. Когда же она передала ему просьбу Джонни, Сэйбол позеленел и приказал ей купить билет до Чикаго.
- Ты сказал, что с Либманом произошло то же самое?
- Совершенно верно. Мужчина не называет себя. Звонит по поручению Джонни Сэндза, который хочет встретиться с Либманом в Нью-Йорке, после благотворительного концерта в "Гарден". Либман должен позвонить в "Гарден", и они договорятся о месте и времени. Секретарша засомневалась, сможет ли найти Либмана: тот где-то играл в гольф с клиентом. Мужчина подчеркнул, что дело срочное, насчет "особого шампанского". Она не нашла Либмана. Не доиграв партию, он улетел в Нью-Йорк.
- И на этот раз секретарша подумала, что звонил Уизмер?
- Нет, - Харви хохотнул. - Я прямо спросил ее об этом. Она чуть зарделась и ответила, что узнала бы голос Эдди. Подозреваю, у них не только деловые отношения.
- Девушки полагают, что звонили из Лос-Анджелеса?
- Как они могут это знать, Джулиан? Сейчас можно звонить из Анкориджа, а будет слышно, как от соседа. И никаких телефонисток - автоматическая связь. Но я думаю, что звонили из Лос-Анджелеса. Маршалла убили в пятницу утром. Сэйболу и Либману позвонили в тот же день после полудня. Нашему приятелю хватило времени, чтобы прилететь в Чикаго раньше Сэйбола. Успел он и послать телеграмму авиадиспетчеру. Потом улетел в Нью-Йорк, чтобы свести счеты с Либманом.
- И Джонни, - заметил Квист.
- И с тобой! - добавил Харви. - Кто-то убивает всех замешанных в деле Трент, а заодно и тех, кто попадается на пути. Например, Квиста.
- Да, действие перенесено из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк.
- Поэтому я вылетаю первым же рейсом. Кто-то должен прикрывать тебе спину. Наш любитель шампанского настроен серьезно.
***
Кровь отхлынула от лица Джонни. В одно мгновение он ссохся и постарел.
- Майк Маршалл! В это невозможно поверить.
- Придется, - пожал плечами Квист.
Они сидели в номере Джонни в отеле "Бомонд". Эдди смешивал и разносил коктейли. Квист говорил, Джонни слушал, изредка дергался уголок его рта. Стакан, принесенный Эдди, он выпивал залпом и тут же возвращал назад.
- Я пару раз встречался с той крошкой из конторы Либмана, - подтвердил Эдди. - Слава богу, что она запомнила меня, иначе ты мог подумать...
- Не болтай ерунды, Эдди, - оборвал его Джонни и, насупившись, повернулся к Квисту. - Если б ты не знал меня, Джулиан, и тебе выдали всю информацию, подумал бы ты о том, что именно я убиваю всех, кто знал о деле Трент?
- У меня могли бы зародиться подозрения, - кивнул Квист.
- Этому типу, кто бы он ни был, известно все, - вмешался Эдди. - Но как ему удалось выяснить, что мы собираемся лететь через Чикаго, босс? Об этом знали только вы, я и продавец билетов в аэропорту.
- Знал же он о записке, которую, как мне казалось, не видел никто, кроме меня, - вздохнул Джонни. - Да, он все рассчитал.
- Давайте не усложнять дело, - возразил Квист. - Кто-то ушел с вечеринки в тот вечер или находился в твоем доме, не принимая в ней участия. Насколько я тебя знаю, войти в твой дом мог любой прохожий. Приятель Беверли Трент два года доил тебя, а теперь, когда молоко иссякло, он начал мстить. С этим все совершенно ясно. А насчет остановки в Чикаго так он мог стоять за спиной Эдди в очереди в кассу.
- Вот чего я не могу понять, - не сдавался Эдди. - Мистер Квист говорит, что Максу и Луи позвонили в пятницу днем. А мы решили, что полетим через Чикаго только в аэропорту Лос-Анджелеса. Как он мог знать о наших планах, босс, до того, как они определились?
Джонни прижал кончики пальцев к глазам.
- Все не совсем так, Эдди. В четверг вечером я позвонил Джейн в Чикаго, чтобы узнать, будет ли она дома. Я не сказал тебе об этом, Эдди, потому что ты бы стал меня отговаривать.
На лице Эдди отразилась обида.
- В аэропорту я разыграл сценку, прикинувшись, будто эта идея только что пришла мне в голову, - он взглянул на Квиста. - Ты думаешь, что мой телефон в Беверли-Хиллз может прослушиваться?
- Неизвестный знал о твоей поездке в Чикаго. Джонни посмотрел на часы.
- Ты собираешься к Мэриан Шеер, Джулиан?
- Если ты там будешь, - ответил Квист. - Мне бы не хотелось отпускать бы тебя одного, пока у нас нет четкого плана действий.
Джонни рассмеялся.
- Одного? Я беру с собой трех куколок.
- Чем больше, тем безопаснее, - поддакнул Эдди. Квист встал.