В это время машина Ким Чи-хуна, которую оставил Ким У-чин, уехала.
"Он очень быстрый".
Было очевидно, что люди О Се-чана начали работать.
Отныне люди О Се-чана будут управлять действиями Ким Чи-хуна. И Ким У-чин уверен, что следов и улик останется достаточно.
Как Гензель и Гретель, следопыты пойдут по следу и придут туда, куда нужно.
Таким образом, они смогут установить личности следопытов, а также связать их с Гильдией Мессии.
"Кроме того, он не обычный человек. Гильдия Мессии должна быть осторожна".
Вот почему имя О Се-чана было одним из самых важных объектов, которые остались в памяти Ким У-чина.
"Может быть, на данный момент самым большим врагом Гильдии Мессии является О Се-чан".
— А что случилось с тем парнем по имени Ян Чи-ху?
Конечно, в воспоминаниях Ян Чи-ху упоминалось имя О Се-чана. Но для Ким У-чина это было не так уж важно.
"Ян Чи-ху скрыл свою личность, чтобы войти в подземелье, но он узнал об этом?"
В памяти Ян Чи-ху, он отправился охотиться на Ким У-чина с идеальной личностью. Однако О Се-чан все же смог опознать его.
"Он просто великолепен".
Даже Ким У-чину пришлось выразить свое восхищение.
— Разве вы не встречались в подземелье? Ну и как это было? — Ли Чин-а, который не знал, что это значит для Ким У-чина, просто спросил из любопытства.
— Он был сильнее тебя.
— Эй, серьезно, — услышав это, Ли Чин-а сморщился.
— А какая у меня боевая мощь? Ты знаешь все мои навыки? А? Я не шучу, если бы хотел показать это как следует… — Ли Чин-а бурчал, надувшись, как ребенок.
— Ян Чи-ху сражался с четырнадцатью моими скелетами и уничтожил все четырнадцать. Если ты хочешь доказать, что ты сильнее, просто скажи мне. Мы можем проверить в любое время. Я буду счастлив тебе помочь.
— ...Истинно сильные не раскрывают своих способностей, — не желая больше ничего говорить, Ли Чин-а немедленно завел машину.
Врум-м!
Двигатель автомобиля издал низкий рев, и Ли Чин-а наконец сказал то, что действительно хотел.
— Есть подземелье.
Ли Чин-а никогда бы не пришел только для того, чтобы подвезти Ким У-чина.
— Мы пойдем вдвоем его зачищать.
Он пришел сюда, чтобы подготовиться к рейду на подземелье.
— На заднем сиденье лежит отчет о подземелье.
Ким У-чин тут же вскрыл конверт и вынул из него папку.
Затем он проверил детали. Отчет [Охота на Рогатую Лису]
Название привлекло его внимание.
— Это та самая темница в Пучхоне.
Он много знал об этом подземелье.
— Ты о нем знаешь? — Ли Чин-а этого не ожидал.
— Потому что атака провалилась двенадцать раз, — он был совершенно серьезен.
Подземелье Рогатой Лисы было подземельем, в котором к этому моменту уже двенадцать раз подряд проваливался рейд.
Это означало две вещи.
Во-первых, это было трудно.
— Да, Рогатая Лиса убила много людей.
Во-вторых, такие монстры, как Рогатые Лисы, стоили того, чтобы идти на такой риск и бросать вызов охоте на них.
— Ну, Рогатая Лиса действительно того стоит.
— Конечно, но я завершу его как Исаак.
Первый охотник на Игольчатых Змей — был необходим по крайней мере такой титул.
— И что будем делать?
Ким У-чину не пришлось долго думать об этом.
На самом деле он не волновался и не собирался терять сон.
"Нет причин отказываться от подземелья, которое я уже зачищал, прежде чем вернуться в прошлое".
Подземелье Рогатой Лисы было тем, на которое Ким У-чин нападал лично, прежде чем вернуться в прошлое, и это было одно из решающих подземелий, которое привело его к славе.
Тут было два отличия.
В своей прошлой жизни Ким У-чин зачистил это подземелье в сентябре, через три месяца, и к тому времени там уже девятнадцать раз потерпели неудачу.
И…
— И каков же твой ответ?
— Мы будем участвовать.
Прямо сейчас Ким У-чин был монстром, с которым его прошлое "Я" не смогло бы сравниться.
Глава 68
Прошла неделя после битвы с Ким Чи-хуном и Ян Чи-ху в подземелье.
В это время мир продолжал жить как обычно, без каких-либо серьезных изменений.
В Демократической Республике Конго цены на кобальт быстро подскочили из-за появления монстров, а во Франции число жертв, вызванных террористическими актами, росло.
Однако подобные ситуации уже не были редкостью в мире.
— В последние дни в мире было тихо, — Ли Чин-а во время обеда, развалившись в кабинете О Се-чана, облизал губы.
О Се-чан посмотрел на него холодным взглядом.