Выбрать главу

"Это также главная причина, по которой Гильдия Мессии и Федерация Ямато считают Пак Ён-вана своим врагом".

Это также было одной из причин, по которой Гильдия Мессии без колебаний избавилась бы от Пак Ён-вана.

Мало того, что они думали, что контактов, которые Пак Ён-ван имел в Японии, было достаточно, чтобы угрожать им, именно там они впервые попытались воспользоваться Пак Ён-ваном.

Для них Пак Ён-ван был явным фактором риска.

— Я дам тебе контакты брокера.

Это было действительно несправедливо по отношению к Пак Ён-вану, который не знал об этом факте.

— Лучше всего использовать какой-нибудь пароль, если, конечно, у вас его еще нет.

— Пароль? Можешь сам придумать.

— Я думаю, что "патриотическое мученичество" подойдет.

— Патриотическое мученичество... Ладно, я передам это брокеру.

Конечно, для Ким У-чина было важно не это.

"Я уверен, что для подслушивающих этой информации достаточно".

Были люди, которые подслушивали их разговор.

— Спасибо.

На этом разговор и закончился.

*     *     *

Статус и влияние Пак Ён-вана в Корее были весьма значительными.

Если совсем немного преувеличить, Пак Ён-ван имеет достаточно влияния, чтобы организовать встречу с президентом.

Однако самым удивительным было то, что статус Пак Ён-вана за границей был даже выше, чем в Корее.

За рубежом оценка Пак Ён-вана была очень высокой.

Причиной, конечно же, была Гильдия Мессии.

Было бы странно, если бы Пак Ён-ван, который почти в одиночку поднял статус Гильдии Феникса, следуя по стопам Гильдии Мессии, был низок.

Вот почему японский брокер не сдерживался, когда заботился о помощнике Пак Ён-вана.

Благодаря этому, связавшись с брокером, Ким У-чин проводил день в манере, которую можно было бы назвать "абсолютной роскошью".

— Проклятие. Кто-то ест меню за 50 000 иен в дорогом суши-баре, а кто-то должен есть в круглосуточном магазине.

Именно по этой причине Ли Чин-а, который тоже ждал в Японии, не мог не открыть рот.

— Это чертовски раздражает.

Принимая во внимание личность Ли Чин-а, когда он даже рисковал своей жизнью ради еды, наблюдение за тем, как Ким У-чин наслаждается такой дорогой едой, ничем не отличалось от пытки.

— Эй, Чин-а.

О Се-чан, который мог слышать его жалобы по телефону, не мог не спросить ошарашенным тоном.

— Разве ты не потратил вчера более 70 000 иен на еду в круглосуточном магазине?

— Да?

— Что можно накупить съестного в круглосуточном магазине на 70 000 иен, а? Я даже не могу себе этого представить. И это был всего лишь один прием пищи, даже не на целый день.

— Н-неужели я так много съел? Я просто выбирал то, что выглядело восхитительно, и ел это…

При этих словах Ли Чин-а слегка надулся.

— Эй, японские цены просто смешные. Я только что съел несколько закусок, а цена уже поднялась до 70 000 иен.

— Чин-а.

— Да?

— Если бы расходы шли из моего кармана, я бы уже избавился от тебя.

— Ах, Хён, эта шутка была слишком грубой…

— Я серьезно.

Услышав эти слова, Ли Чин-а слегка вздрогнул, почувствовав искренность в голосе О Се-чана, и быстро сменил тему.

— Сколько нам еще здесь оставаться? Мы же не можем оставаться здесь вечно, правда?

О Се-чан ответил на его вопрос очень просто.

— Должно быть скоро все начнется. Мы уже достаточно закинули им наживок, так что в ближайшее время они должны сделать предложение.

— Какое предложение?

— Они сделают обычное предложение, например, попросят помощи в извлечении предметов у игрока, который умер в подземелье.

Услышав это, Ли Чин-а прищелкнул языком.

— Но разве это не слишком очевидно?

— Это классика, даже если она очевидна. И это всегда срабатывает. Этот босс подземелья — суккуб, не хочешь помочь нам его зачистить? В следующий раз они попросят что-нибудь подобное.

— А есть подземелья с суккубами?

О Се-чан фыркнул, когда Ли Чин-а задал этот вопрос.

— Что? Тебе это интересно?

— Хён, я Ли Чин-а, мужчина. Если существует такое подземелье, конечно, ты должен мне об этом сообщить.

— Ну, суккуб, вероятно, покончил бы с собой сразу же после встречи с тобой, так что это не должно быть слишком большой проблемой. Я скажу тебе, если такое подземелье появится.

— Эй, серьезно.

И в этот момент...

— По крайней мере, у меня еще есть волосы!