— Случилось что-то еще? — практически одними губами спросил Асвальд.
— Потом течение времени на нашей планете стало… хм… мне трудно это объяснить. Дискретным? Повторяющимся? Бывало так, что день заканчивался, а наутро повторялся заново. Или наступал день, который уже был месяц назад. Мы заходили в свои подземные хранилища, а там больше не было еды, словно мы сняли урожай не вчера, а несколько месяцев назад. Или наоборот, наши поля вдруг на неделю вернулись в те времена, когда мы их еще не облагородили. Словно во временных настройках произошел какой-то сбой. Мы жадно надеялись, что когда-нибудь время откатится далеко в прошлое, еще до удара. И безумно боялись, что придется еще раз пережить смертоносную волну. Неизменными в этой чехарде оставались только наши тела… Среди нас началась паника. Заместитель приказал оставить на Зетте лишь пару сотен психически устойчивых самцов, а всех остальных погрузить в Даон. Через несколько месяцев временная чехарда закончилась, но мы решили оставить все так, как есть.
— А теперь пара сотен сократилась до десятка?
— Да. Так легче все контролировать. — Маас задумчиво покусал нижнюю губу. — Со временем и наши тела претерпели изменения, появились омеги. Первый ступивший на мост зург — Дмаан — тоже оказался омегой. Именно к нему и пришел Нулевой король.
— Нулевой король?
— Он попросил называть себя именно так. Это случилось задолго до того, как в Даон попало человечество, поэтому мы сразу же согласились на предложение короля, не раздумывая ни секунды.
— И поэтому до сих пор относитесь к нам так холодно? Не хотите сближаться? — хмыкнул Асвальд. — Ведь с жертвой не принято сближаться.
— Возможно! — Маас вскинул подбородок, словно защищаясь.
«О чем они?» — подумал Шун. Он хотел бы спросить хоть кого-то, но Миро продолжал стоять за спиной Асвальда, а обращаться к Рине было все еще как-то неловко…
— Король сказал, что отдаст нам свою спору после того, как окончательно проснется. Он просил лишь об одном — ни во что не вмешиваться. А потом привел в Даон людей…
— Вашего отца убили вы? — перебил Асвальд, чуть склонив голову на бок и прищурившись.
— Да. Я! — выпалил Маас. — Это был мой лучший удар. Безупречный удар!
— Думаете, что смерть человечества будет такой же безупречной и безболезненной?
— Я не могу позволить, чтобы кровь на моих руках оказалась напрасной! — выкрикнул Маас, подскочив с места. — Все, что мы сделали… все жертвы и грехи, на которые пошли… думаете, мы бросим все на полпути просто из-за того, что…
— …что в вас проснулась совесть? — усмехнулся Асвальд. — Конечно же, я так не думаю. Вы бросите все на полпути по другой причине.
Маас медленно сел обратно, перевел дыхание.
— Говорят, Пес до смерти боится вашего имбу. — Лемур через силу улыбнулся. — Интересно, Нулевой король знал, что среди людей окажется кто-то подобный?
— Вы в курсе, как он выглядел? Этот Нулевой король?
— Понятия не имею. Его ведь видел только Дмаан.
Шун подумал, что его голова сейчас лопнет от всего услышанного. Он медленно опустился на землю, обхватил колено руками.
— Шун? — шепнула сверху Рина.
Маас несколько секунд смотрел на него, но так ничего и не сказал. Когда он перевел взгляд обратно на Дьявольское дитя, Ллель плюхнулся рядом с Шуном, словно получил негласное разрешение, а чуть погодя на землю села и девушка.
— Кааль передал нам приказ Предводителя: выдвигаться в сторону Столицы. Тысячи зургов должны быть там, как только начнутся состязания. Тысячи лучших зургов, сильнейших, в основном — утопленники. Но этот приказ отдал совсем не Предводитель.
— Стальной Пес готовится к приходу имбы, — усмехнулся Асвальд. — Мы ждали чего-то подобного. Но почему вы сбежали? Разве вы с Псом не на одной стороне?
— Потому что не верим, что он сдержит слово, которое дал нам Нулевой король! — рявкнул Ллель. — Он — беспринципный ублюдок, который вполне способен кинуть на амбразуру всю нашу расу!
— Ллель… — упрекающе мотнул головой Маас, — не выражайся при даме…
— А вы действительно думали, что получится просто отсидеться в стороне? — хохотнул Асвальд. — Ни во что не вмешиваясь?
— Таков был уговор! — Ллель подскочил с земли. — Таков был уговор!
— Похоже, вашему мифическому королю, как и Псу, наплевать на договоренности. — Мальчишка откинулся на спинку походного стула, широко улыбнулся. — Так вы готовы рассмотреть наше предложение о сотрудничестве?
— И какова же будет наша роль? — поинтересовался Маас.
— План Нулевого короля сработает лишь в одном случае — если Шанталар сможет захватить сознание нашего нулевого пользователя, господина Новака. Мы до сих пор не знаем, почему имаго медлят, но…
— Они не медлят, — ответил Маас, выбил пальцами дробь по столу. — Они расставляют опоры.
— Что?
— Опоры. Шанталар — мега-личность, коллективное сознание. Чтобы пробудиться, ему нужно несколько устойчивых… хм… не знаю, как лучше сказать. Опор.
— Вы имеете в виду, что сначала он пробудится в нескольких отдельных людях?
— Не совсем людях… Вы ведь уже поняли, что Цитадель выбирает далеко не каждого? Имаго не становятся. Имаго просто возвращаются в улей.
— Так все высшие… не люди? — немного нервно хохотнул Асвальд.
— Разве такая мысль не приходила вам в голову?
— О чем они говорят? — шепотом спросил Шун у Рины. Он все еще чувствовал неловкость, но любопытство было сильнее. — Я не понимаю… Разве все это может быть правдой?
— Ну, ты же хотел ответов, — прошептала Рина. — Так что слушай внимательнее.
— Они были гораздо… гораздо более развиты, чем мы и вы сейчас, — продолжил Маас, подперев голову рукой. — Но это не уберегло их от какой-то катастрофы. Я даже представить не могу, что такого ужасного случилось с ними, если проблему можно решить, лишь внедрившись в какую-то другую цивилизацию. Но мы видим все это именно так. Основная часть роя закупорилась в споре и впала в спячку. Но несколько личностей… будем называть их и дальше «имаго», отправились на поиски цивилизации-донора. И нашли людей. Они как-то внедрились, возможно, даже научили людей, как выстроить свой мост в Даон. А может, они рождались людьми не одно поколение… как было на самом деле — мы не знаем. Но в Цитадели каждый имаго пробуждается, получает обратно силу роя и становится высшим, в то время как обычные люди могут стать, самое лучшее, госерами. Или вообще уйти ни с чем.
— Интересная теория… — хмыкнул Асвальд. — А как же ваши высшие? Ведь среди зургов они тоже есть. Они имаго?
— Это другое, — покачал головой Маас. — В Цитадели зурги тоже получают от роя некоторую силу, но чтобы стать проводниками. Мы выстраиваем свой мост, именно для этого нам и нужны недра Даона. Этот мост ведет к споре. Когда Шанталар проснется и покинет ее, проводники переправят всех зургов туда. — И он ткнул пальцем в сторону Сателлита.
Асвальд проследил за его пальцем, долго и задумчиво смотрел в небо, потом спросил:
— Вы в курсе, сколько опор ему еще нужно?
— Эта Полугодовая битва станет последней.
— Еще и Последний король пришел… смотри-ка, — мальчишка хохотнул, — конец света прямо как по сценарию!
— Вы сможете его предотвратить?
— Думаю, да. Нам нужно лишь найти господина Новака. А для этого вот ему, — Асвальд кивнул на Шуна, — необходима команда.
— Так вы действительно ставите на своего позорного принца? — рассмеялся Маас. Посмотрел на Шуна и виновато развел руками. — Ох, прости, прости… не в обиду.
— Не только на него. И наш план позволит разойтись всем сторонам с наименьшими потерями. Да, вы не получите спору, но Даон останется за вами. Если победит Пес, то он сделает это вашими руками, сами уже поняли. Один он не выстоит против имбы. Или же… имба уничтожит все, и тогда прощай и Даон, и спора.