Через час прибыли гости. Всё семейство, включая Ивана и Виктора, вышли встретить гостей на улицу. Семён прибыл вместе с ними. Он первый вышел из машины, галантно помог выйти Лиз. Девушка выглядела непринуждённой и счастливой. Наверное, они хорошо провели время вдвоём, пока ехали в машине. Медленно вылез из машины Крис, немного грузноват, ещё не стар, но и далеко не молод, волосы почти седые, но видно, что когда-то он был брюнетом: сквозь седину просвечивают тёмные пряди. Глаза светлые, взгляд немного усталый, возможно от дороги, но внимательный.
Крис улыбался самой дружеской улыбкой, на которую, по-видимому, был способен, распахнул свои объятья и направился ко мне. Похлопав меня по плечам и расцеловав почти по-родственному, галантно поцеловав Лене руку и поприветствовав остальных, он повернулся к кортежу, который их привёз, и, глядя на Семёна и Лиз, произнёс по-английски:
– Наши дети счастливы вместе.
Мы с Леной согласились также по-английски. Я ещё в Пекине понял, что знаю этот язык. Как рассказал Виктор, мы с Олегом свободно общались на этом языке. Отец настоял на том, чтобы мы учили языки ещё в школе. Поэтому у нас всегда были репетиторы. Английский, немецкий, французский. Мы учили три языка, выучили хорошо один – английский. Но и сказать что-то по-немецки или по-французски тоже могли.
Обед продолжался больше часа. Крис с удовольствием ел, нахваливая русскую кухню, и делясь впечатлением от Москвы и поездки. Я слушал, иногда вставлял ни к чему не обязывающие немногословные фразы, чтобы разговор не казался монологом. Лена делала то же самое. Лиз с Семёном время от времени о чём-то шушукались. Иван почти всё время молчал. Виктор пару раз поддержал разговор и даже однажды переключил внимание всех на себя своим рассказом о достопримечательностях Москвы. Но вскоре он извинился и, сославшись на дела, удалился. Зато ему на смену приехал мой вице Андрей.
Поведение Виктора удивило меня, ведь он – моя защита от неприятных ситуаций, которые могут возникнуть из-за потери памяти. Но Андрей взглядом поддержал меня. Да и Иван был рядом.
– Давайте обсудим семейные дела, – наконец, предложил Крис, – В связи с происшедшими событиями свадьбу придётся отложить?
Последнее предложение прозвучало, как вопрос. Семён и Лиз хотели совместить свадебное торжество с рождественскими праздниками и новым годом, спланировав бракосочетание на 27 декабря. До рождества ещё много времени.
– Крис, – не стал я отвечать на его предложение-вопрос, а перешёл сразу к самому главному, – я не буду продавать заводы.
В зале воцарилась тишина. Все взгляды устремились на меня. Через какое-то время Крис потянулся за бутылкой, чтобы долить вино в свой ещё не опустевший до конца бокал. Рядом стоящий официант сразу же бросился ему на помощь и наполнил его бокал прозрачным розовым вином.
– Ну, не будешь, так не будешь, – выдохнул Крис и одним махом осушил бокал, – твоё право. Моё же предложение о продаже 20% акций прииска в Африке остаётся в силе. Однако, что будем делать со свадьбой?
– Что вы думаете? – обратился я к Семёну и Лиз.
– Пышный праздник, как мы планировали, наверное, проводить не стоит, – Семён говорил неуверенно, глядя на Лиз и ожидая от неё помощи и продолжения. Она не заставила себя ждать:
– А скромную свадьбу мы тоже себе позволить не можем. Поэтому предлагаю отложить её на год. До следующей осени.
Конечно, они уже всё обговорили, и хотя такой вариант не сильно радовал Семёна, но он улыбнулся своей невесте, спрятав всю грусть в уголках своих глаз.
– Думаю, это хорошее решение, – сказал я, поднимая бокал с предложением выпить за это, и глядя прямо Крису в глаза.
– Главное, правильное, – поддакнул он.
После обеда мы вышли на большую веранду, которая представляла собой зал на улице, уселись в плетёные кресла из ротанга в самом конце веранды. Отсюда открывался прекрасный вид на парк, речку и лес вдалеке.
Семён и Лиз отправились погулять по парку. Лена недолго побыла с нами и ушла. Андрей и Иван были рядом, и это радовало меня – не хотелось оставаться с англичанином один на один.
– Олег, ты ведь понимаешь о последствиях, – наконец Крис заговорил о делах. Андрей напрягся.
– Конечно, понимаю, – ответил я, – и приношу свои извинения. Это было поспешное и непродуманное решение с моей стороны.
– Это было верное решение, – продолжал гнуть свою линию Крис, – глобализация – неизбежный процесс. Во всём мире в нашей отрасли только три существенных игрока: Норманн, я и ты. Мы поглощаем более мелких игроков, но и самим нам нужно объединиться. Либо мы с тобой проглотим Норманна, либо Норманн съест нас поодиночке, либо мне придётся объединиться с ним. Англия, конечно, союзница Штатов. Но хотелось бы, чтобы не все транснациональные корпорации управлялись оттуда. Старушке Европе тоже кое-что нужно оставить.