Особую активность в таксопарке, где трудился Артем, проявлял парторг Сергей. Он не просто проводил идеи партии и правительства в отдельно взятом трудовом коллективе, но делал это рьяно, с огоньком. Постоянно доставал шоферов, механиков, и других специалистов таксопарка своими лекциями и нравоучениями. Причем настолько душными, что даже люди, воспитанные на идеалах коммунизма и социализма, верящие реально в построение «светлого будущего», старались держаться от него подальше.
А все просто: Сергей был освобожденным парторгом. То есть шофером не работал и на маршрут в смену не выезжал. Но зато рассказывал таксистам — с их очень непростым и довольно специфическим жизненным опытом, как надо правильно в стране советской жить. Даже обычно сдержанный дядя Коля улыбался скептически, глядя на то, как на обязательных партсобраниях Сергей аж из себя выпрыгивает, прославляя советскую власть.
Что же, в таком случае, говорить по поводу Артема?..
У того скепсиса хватало — хоть отбавляй! Однако Артем старался сильно в идеологические споры не вмешиваться, ему привлекать к себе внимание, тем более — парторга, совсем ни к чему. Заплатил вовремя членские взносы, посидел тихонько на партсобраниях или лекции с умным лицом — и порядок. Но так получалось не всегда.
Перед работой Сергей, как обычно, перед первомайскими праздниками позвал шоферов на внеочередное партсобрание. Те недовольно загудели, услышав подобную новость: с утра как раз шел самый плотный поток пассажиров. Можно было быстро «отбить кассу» и себя в накладе не оставить. Но — делать нечего, нужно идти…
— Посмотрим, как Сережа будет нам про политику партии рассказывать, жизни учить… — усмехнулся, покуривая папиросу, дядя Коля.
— Товарищи! Я собрал вас здесь, чтобы сообщить…
— Пренепреятнейшее известие: к нам едет ревизор!.. — вполголоса ляпнул Артем, не выдержав.
Сидевшие рядом в ленинской комнате молодые шофера и девчонки из бухгалтерии захихикали. Все же в 1955 году русскую классику, в том числе и комедию Гоголя «Ревизор», знали почти все. Многие ходили на спектакль.
— Не смешно, товарищи! — тут же отреагировал парторг.
Все замолчали, сделав покаянные лица.
— Так вот, товарищи! В то время, когда широкие массы трудового народа по всему миру собираются праздновать священный для нас праздник — День международной солидарности трудящихся, отдельные несознательные элементы… Это, как его… — самопровозглашенный оратор за трибуной подсмотрел в листок с докладом. — Да-да, отдельные несознательные элементы в нашем социалистическом обществе продолжают праздновать поповский праздник Пасхи или, как они говорят, Светлого Христова Воскресенья. И это — накануне священного для нас Первомая, товарищи!
«Ты, му…ило грешный, в своей речи определись, что для тебя священный праздник — Пасха или Первомай! Доклад написан отвратительно, реально на отъе…ись! Грамоте бы сам сначала выучился и книжки бы почитал, парторг недоделанный — языком только трепать…» — мысленно негодовал Артем.
— Таким образом, товарищи, накануне праздника Пасхи мы совместно с райисполкомом организуем комсомольские и партийные патрули по церквям. Партийные и комсомольские активисты должны накануне вечером пройти по действующим церквям и разъяснить собравшимся на молебен прихожанам, насколько они заблуждаются. Что все, что им говорят в церкви — всего лишь бабушкины сказки и поповская реакционная пропаганда. В нашем общем светлом будущем, куда ведет нас Коммунистическая партия, опираясь на мощный теоретический базис Карла Маркса и Фридриха Энгельса, а также по заветам вождей коммунизма — Владимира Ильича Ленина и Иосифа Виссарионовича Сталина, нет места этим примитивным поповским бредням! Чуть позже все шофера таксопарка получат назначения в атеистические патрули от райисполкома.
— Да, елки-зеленые, после работы еще и мотаться по церквям, пропаганду разводить!.. — не выдержал Леня Евглевский, отец двоих детей.
Шоферы загудели, поддерживая товарища. Никому не улыбалось опять отрываться от своих семей, которые они и так из-за работы редко видели. С «общественной нагрузкой» и «добровольно-принудительными» решениями сверху' все еще мирились — верили, что огромная страна идет семимильными шагами к коммунизму. Они, ведь, все строили новую, лучшую реальность. «И построили…» — с горечью подумал Артем.