Выбрать главу

— Ну, вы… ты мне и лекцию прочитал!.. Прямо, как наш преподаватель по политэкономии.

— Увы, Оля, я всего лишь обыкновенный таксист. Просто, читаю много.

— А ты верующий?

— Нет, как раз-таки, я — атеист. Но, по моему мнению, атеизм предполагает, прежде всего, уважение к историческим и культурным особенностям, а не оголтелое богоборчество. Ладно, пошли, какая там первая церковь на нашем маршруте «комсомольского атеистического патруля»?..

* * *

Артему, кстати, очень нравились старинные московские церкви, изящно вписанные в современный ландшафт новых высотных зданий. И в своем «прошлом-будущем» в Москве XXI века он всегда восторгался этой своеобразной эклектикой архитектурного стиля: сочетания древнерусского зодчества с элементами византийского стиля рядом с кирпичными зданиями 1950 — 1960-х годов, девятиэтажками 1970 — 1980-х и сверкающими стеклом ультрасовременными небоскребами. О чем он и рассказал Ольге, утаив, конечно же, о девятиэтажках и небоскребах.

— Интересный вы человек, Артем!

— Олечка, мы же договорились общаться на «ты», — улыбнулся молодой мужчина. — Кстати, мы уже пришли.

Изящная церквушка в древнерусском стиле как раз и была вписана в современный ландшафт многоэтажек. Рядом с ней, огороженная дощатым забором раскинулась стройка.

Прихожане, оглядываясь по сторонам в вечерних сумерках, заходили в церковь. Перед Артемом и Ольгой они молча расступились, заметив их красные нарукавные повязки. Старушки недовольно зыркали на молодых людей исподлобья и сердито перешептывались.

— Пришли вот энти… Активисты, прости Господи!.. Всю всенощную теперь перепортят своей атеистической пропагандой!..

Пожилой настоятель храма в парадном облачении тоже тревожно поглядывал на активистов «комсомольского атеистического патруля». Он ждал открытых провокаций, но оказался бессилен их предотвратить. А ведь его долг — защитить своих прихожан…

Артем решил сам разрядить обстановку. Он шагнул вперед и сложил ладони лодочкой.

— Благословите, батюшка!

Священник, честно говоря, сперва замешкался, не зная, что ответить. Но все же взял себя в руки.

— Благословляю тебя, сын мой, на благие начинания!.. Во имя Отца, Сына и Святага Духа. Аминь!

— Батюшка, вы нас извините. Мы никакой «атеистической пурги» нести не будем, просто постоим немножко и пойдем дальше.

— Ну, хорошо, дети мои!.. Спасибо, — улыбнулся настоятель храма.

— Можно ли это расценивать, как маленькое чудо?.. — все-таки не удержался от тонкой «шпильки» Артем. Виноват, грешновато…

— То лишь Богу ведомо, сын мой…

* * *

Ольга смотрела на все эти действия Артема со смешанными чувствами страха, восторга и недоумения. Где это видано, чтобы партийный человек, с красным партбилетом, испрашивал благословения у батюшки?!! А с восторгом — потому, что на такой поступок требовалось огромное гражданское мужество. В стране, где практически все — как один, шагают в светлое коммунистическое будущее, не только иметь собственное мнение, но и поступать в рамках собственных морально-этических установок могут отнюдь не многие.

Девушка смотрела на Артема и молчала, но это безмолвие говорило красноречивее любых слов.

— Оля, а у тебя с собой платок на голову есть?

— Да, в сумочке, бабушка положила…

— Когда в следующую церковь будем заходить, накинь, пожалуйста. С непокрытой головой не принято заходить в храм.

— Хорошо, как скажешь… — тихо произнесла девушка.

* * *

Точно так же Артем поступил и в остальных церквях по маршруту «комсомольского атеистического патруля». При этом молодой мужчина держался спокойно и с достоинством — абсолютно естественно, безо всякой наигранности. Спокойно подходил к настоятелю храма и негромко объяснял ситуацию. Так он мягко и ненавязчиво добивался компромисса.

Но в бочке меда случилась изрядная ложка дегтя. Ею, как не трудно догадаться, стал партийный активист Сережа…

— Лиходеев! Это что за разговоры и объяснения с попами⁈ — освобожденный парторг лично решил проверить, как идут дела у «комсомольского атеистического патруля» и буквально в предпоследней по маршруту церкви встретил Артема и Ольгу.

— Во-первых, у меня имя есть. Во-вторых, Сережа, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. А в нашей ситуации крылатое народное выражение вообще стоит понимать буквально. Уразумел⁈