Но будущий убийца Хрущева до сих пор воспринимал окружающую действительность на подсознательном уровне, как некую компьютерную игру или фильм, и, естественно, в главной роли он видел себя. Но в фильме, книге, в компьютерной игре всегда присутствует авторский замысел и сценарий, который вольно или невольно «работает» на главного героя. А в жизни?.. Да, элементарно: побежал на красный свет через дорогу — попал под колеса автомобиля. Буднично и глупо. Или же привлек внимание милиционеров, те начали проверять документы, копнули глубже и… Либо — подвалы Лубянки, либо спецпсихушка КГБ…
Однако Влад продолжал верить в собственную исключительность. Что ж, упрямство — достоинство ослов! Но все же именно такое упрямство, доходящее до фанатизма, может стать опасным.
Первомайская демонстрация на Красной площади в 1955 году поражала воображение. Десятки и сотни тысяч жителей Москвы, трудовых коллективов заводов и фабрик, институтов и университетов, школ и технических училищ, больниц и детских садов с красными бантами на груди проходили мимо трибуны мавзолея Ленина. Веселые и нарядные, молодые и энергичные — мужчины, женщины и их дети верили, как в непреложную истину, что все они живут в самой лучшей стране в мире. К празднику 1 мая многие коллективы предприятий столицы взяли на себя социалистические обязательства, — о чем торжественно провозгласил диктор. Первомайская демонстрация на Красной площади в 1955 году стала одним из самых масштабных послевоенных шествий трудящихся в Советском Союзе. Поражающее воображение событие транслировалось по радио и было запечатлено в советской кинохронике. Демонстрация, в принципе, отразила наступление политического периода «оттепели», а также эпоху активного восстановления народного хозяйства.
К тому же, это было первое празднование Первомая после масштабных перестановок в высшем руководстве СССР, когда Никита Хрущев укрепил свои позиции на пути к вершине власти.
Но об этом те, кто в торжественном марше по Красной площади проходили мимо трибуны мавзолея Ленина, практически и не думали. Колонны трудящихся несли транспаранты с призывами выполнить и перевыполнить планы пятой пятилетки, а также лозунги за мир во всем мире.
По Красной площади торжественным маршем прошли рабочие московских заводов, служащие, студенты и пионеры с цветами, флагами и воздушными шарами.
В отличие от парада 7 ноября, первомайские мероприятия были мирными демонстрациями трудящихся, которые подчеркивали производственные и научные достижения советского народа.
«Трудящиеся славят Коммунистическую партию Советского Союза — ум, честь и совесть страны! Руководящую и направляющую силу самого прогрессивного в мире, советского общества!» — гремели над Красной площадью и Кремлем торжественные слова диктора.
Влад поднял свой плакат: «МИРУ — МИР!» По мнению самого уроженца Москвы XXI века, написана была полнейшая банальность. Ну, как можно в это верить⁈ Однако люди вокруг будущего убийцы Хрущева — верили, причем с искренней убежденностью молодости.
Но гораздо больше его сейчас интересовала его цель, и она приближалась с каждым шагом! Влад прошел в толпе демонстрантов в каких-то ста метрах от трибуны мавзолея Ленина.
Там свысока смотрел на народ Никита Сергеевич Хрущев и, как говорится, «другие официальные лица». Круглолицее и обманчиво-добродушное улыбчивое лицо человека, закаленного сталинскими репрессиями и в этих репрессиях участвовавшего. Он любил украинские рубахи-вышиванки и стремился быть близким к народу. Но волчьи уловки борьбы за верховную власть в огромной стране выучил наизусть и уже талантливо применял. Простодушный и откровенно недалекий, даже не особо грамотный, Хрущев, тем не менее, обладал дьявольской хитростью, интуицией и коварством. Был ли он плохим или хорошим?.. Вероятно, человек, буквально сотканный из противоречий, и сам колебался между внутренними противоречиями. Вот это его качество мастерски подчеркнул скульптор Эрнст Неизвестный, когда создал памятник Хрущеву на Новодевичьем кладбище: плиты из белого мрамора и черного гранита, между которыми установлен бюст лидера Советского Союза. На его лице скульптор изобразил легкую улыбку. Именно с ней Никита Сергеевич всегда появлялся на публике.