— Вот этого я сказать не могу, — твердо ответил Олег.
— Понятно. Спасибо, товарищ лейтенант.
— В общем, товарищи таксисты, соблюдайте осторожность на маршрутах.
— Да ладно, Олег, чего ты… Пусть товарищи знают, — решился напарник опера, Сергей. — Из обреза инкассаторов постреляли и из «Нагана». Там такое кровавое побоище!.. Сейчас эксперты-криминалисты устанавливают «ствол». Но гладкоствольный обрез — по нему хрен чего установишь…
— Из обреза?.. — почему-то насторожился Артем.
— Да, его бросили там же, на месте преступления. И, представьте себе, звери: не просто картечью стреляли, а рублеными гвоздями! Чтоб, значит, крови больше… Мрази!
— Рублеными гвоздями?!! — Артема как током ударило.
Он, ведь, был человеком из XXI века и, естественно, смотрел фильм «Брат». Обрез, заряженный рублеными гвоздями вместо дроби… Привет из «прошлого-будущего» лично для него! Артем понял, что нужно действовать не просто оперативно, а на опережение.
В этот день он позвонил Ольге домой и сказал, что пока много дел и встретиться не получится. А потом заварил себе крепкого чая с сахаром, сделал бутерброд с ветчиной и сыром и обосновался в глубоком уютном кресле под неярким торшером с оранжевым абажуром. К вечеру пошел дождь, будто подчеркивая настроение. Спать Артем лег поздно, но наутро уже знал, что делать.
Подмосковный поселок Переделкино — дачи знаменитых писателей, отдельно Дом творчества — по сути, смесь гостиницы и санатория для пишущей богемы. Но Артему нужен был один дом, писателя Александра Фадеева. Скрытно обойти скучающего на въезде в поселок милиционера проблем не составило, а сам Артем прекрасно помнил, куда в прошлый раз подвозил крепко подвыпившего Александра Фадеева.
— Что же вы не пишете, Александр Александрович?.. — негромко спросил Артем, предусмотрительно оставаясь в темноте, в дальнем углу комнаты на втором этаже роскошной дачи знаменитого писателя.
Хозяин кабинета в это время развлекался тем, что в перерывах между глотками водки из граненого стакана заряжал и разряжал маленький вороненый пистолет. Передергивал с характерным щелчком тугой затвор и подолгу глядел в черный пугающий зрачок дульного среза.
— Не пишется, — равнодушно ответил автор. — Надоело все! Наверное, и писатель я хреновый…
Его даже не смутило внезапное и таинственное появление загадочного гостя. Литераторы — натуры творческие, наделенные ярким, порой болезненным воображением, потому часто и воспринимают различную мистику, как обыденность.
Собственно, на этом и строился расчет Артема.
— Ваша «Молодая гвардия», товарищ Фадеев, входит в школьную программу СССР и стран социализма! Так, что не стоит ставить на себе крест.
— Но очень хочется. За всю свою жизнь я только и сделал, что написал полторы книги…[1]
Фадеев рывком отвернулся от окна и внимательно поглядел на Артема.
«Наш человек в эпохе Хрущева» так же внимательно смотрел на знаменитого советского писателя из-под полей серой «номенклатурной» шляпы, затенявшей его лицо. После чего психолог из Москвы XXI века произнес свою вдохновляющую речь о том, что роман Фадеева «Черная металлургия» имеет полное право на существование, и что кислородно-конвертерный способ выплавки стали только зарождается, и вот именно эта технология сулит в будущем огромный производственный прорыв. Больше того, со временем именно кислородно-конвертерный способ выплавки стали заменит привычный, мартеновский. Завершил Артем свою речь просьбой к советскому «генералу от литературы»:
— Сведите меня с товарищами Маленковым и Молотовым.
А потом, подумав немного, добавил:
— Но пусть с ними обязательно присутствует и Вольф Мессинг.
Как ни странно — можно сказать, вопреки всей атеистической советской идеологии, напрочь отметающей всякую мистику, Александр Фадеев согласился. Шанс, по мнению самого Артема, был мизерный, но именно он и выстрелил! Как любили писать в советских газетах и журналах: невероятно — но факт. Встретиться решили через неделю здесь же.
— Послушайте, молодой человек, вы не представляете, чего мне стоило уговорить приехать сюда практически верховное руководство Советского Союза! До сих пор не могу понять, как у меня это получилось, и почему ОНИ согласились… — вместо приветствия выдал Александр Фадеев.
— Спасибо вам большое, Александр Александрович.
Артем очень сильно волновался. Еще бы! — то, что он хотел рассказать нынешнему хозяину Кремля, могло стоить самому Артему жизни или, как минимум, пожизненного срока в тюремной «спецпсихушке» КГБ! Но и особого выбора у него не было. Артему необходимо заручиться поддержкой на самом верху, поскольку, как он понял, неведомый убийца Хрущева уже совсем «слетел с катушек», если устроил разбой с убийством трех человек: двух инкассаторов и таксиста. Теперь он делом подтвердил собственное помешательство и окончательно превратился в зверя. Бешеного, дьявольски хитрого, опасного собственной непредсказуемостью и уже попробовавшего крови.