Никита Хрущев пытался спорить с Росуэллом Гарстом, но выглядело это как-то даже комично.
«…Я несколько раз переводил на встречах Гарста и Хрущева, и могу сказать, что это были беседы двух людей: одного, настоящего специалиста по кукурузе, и второго — того, кто думал, что он является специалистом…» — вспоминал потом кремлевский переводчик Виктор Суходрев.[4] Во время разговора высокопоставленных лиц в полях донимали мухи, оводы и прочие летучие насекомые. Возле уха Хрущева что-то прожужжало, но он раздраженно отмахнулся.
— Опять эти чертовы насекомые! Надоели уже, — глава СССР продолжил жаркий и бессмысленный спор с фермером из Айовы.
Назойливое жужжание повторилось, но теперь уже ближе.
— Все, ладно, поехали дальше! — решил Хрущев.
Делегация рассеялась по автомобилям и двинулась по проселку.
— Вот же, черт побери, два выстрела подряд и оба — мимо! — засевший на дереве убийца Хрущева передернул затвор, выбрасывая гильзу.
В полях Кубани гулял жаркий порывистый ветер — он-то и относил легкую двухграммовую пульку в сторону. Причем ветер работал бессистемно — и это особенно сильно бесило стрелка. Он пытался вносить поправки по наитию, все же стрелком он стал неплохим, благодаря тренировкам. И у него почти получилось. Но в тире или на полигоне «почти» — это всего лишь отрыв по мишени в серии попаданий. А вот в поле и по реальной цели — однозначный промах. Как говорится, пули «ушли в молоко».
В тот самый момент, когда он снова приник к оптическому прицелу и поймал на острие центрального «пенька» голову Хрущева, у него самого рядом отчетливо свистнуло. Срезанная пулей ветка полетела вниз. Сомнений не оставалось: убийца Хрущева — сам на мушке у снайпера!
Влад, не раздумывая, спрыгнул с дерева. Но очередная пуля с ощутимым глухим шлепком вонзилась в ствол дерева рядом с убийцей Хрущева. Тот, пригибаясь, держа винтовку на сгибе локтя, метнулся к своей машине.
Ему очень повезло, мотор «Козлика» завелся с полоборота. Влад рванул с места так, что колеса пробуксовали и взрыли щедрый кубанский чернозем. Но убийце Хрущева было сейчас не до спецэффектов. Он отчаянно крутил баранку, выжимая все, что только можно! Конечно, резвый «Козлик» мог выдать и все 90 километров в час, но опять же — не на ухабистой грунтовке. Тем не менее, убийца Хрущева сумел выдать из ГАЗ-69А чуть более полусотни километров в час. Он рассчитывал затеряться в полях и окрестных селах и оторваться от погони.
Влад был, конечно, как говорят в здешних кубанских краях, где исторически много выходцев с Украины, «нэ сповна розуму». Однако он понимал: тот, кто его уже дважды доставал и перехватывал инициативу — противник опасный и опытный. Впервые убийца пожалел, что недооценил систему охраны Хрущева. Видимо, и профессиональные снайперы там тоже служили. Что-то с этим надо было делать.
Вскоре в зеркалах заднего вида Влад увидел своего преследователя. Поднимая тучи пыли по проселку вслед за ГАЗ-69А убийцы Хрущева несся мощный армейский внедорожник. Сомнений не оставалось: совсем скоро он нагонит «Козлик», и не для того, чтобы осыпать его водителя розами.
— Вот сволочь!!! — Влад переключил скорость и втопил педаль газа до упора, рискуя вообще вылететь в кювет. «Козлик» еще резвее запрыгал по ухабам, пока его водитель отчаянно выворачивал руль в разные стороны, пытаясь удержаться на дорожном полотне.
Было ясно, что преследователь вскоре догонит его. Что же делать⁈ Что же, сука, делать?!! Влад чувствовал, что из охотника он превратился в дичь. В беззащитного зайца, которого гонят по полю борзые на потеху всадников с ружьями. Ощущение было новым и… жутковатым.
Оставалось только одно — огрызнуться так, чтобы неведомый преследователь потерял всякий интерес к погоне. Впереди был деревянный мостик через небольшую речку — Влад перемахнул его, не сбавляя скорости.
Влад увидел, что после деревянного моста, перекинутого через небольшую речку, дорога, пыльной змеей, огибала невысокий и пологий холм. На вершине он порос высоким кустарником и молодыми деревьями. Отличное место для засады! Убийца Хрущева постарался по максимуму использовать ту небольшую форму, которую он выиграл у преследователя. Резко вывернув руль «Козлика», он буквально взлетел на холм, остановившись в нескольких метрах у его вершины, и с тыльной стороны от дороги.
Влад подхватил лежащую рядом на сиденье «мелкашку» и пачку патронов. Добежав до вершины холма, он тяжело плюхнуться в кусты и торопливо перезарядил винтовку. Черные двухграммовые свинцовые пули резко контрастировали с блестящими золотом латунными гильзами. Влад высверлил углубления в вершинах пуль, превратив их дополнительно — в экспансивные. Потому они так и жужжали, словно шмели, в полете. Убийца Хрущева успокоил сбившиеся дыхание и передернул болтовой затвор винтовки, досылая патрон. Его противник, судя по приближающемуся столбу пыли, должен вот-вот появиться из-за изгиба грунтовки.