— И 36 из них сами были снайперами, — кивнул Артем. — А еще она местная, родилась под Киевом — в Белой Церкви. Ну, ни хрена ж себе — каких вы людей к операции прикрытия Хрущева привлекли! Как вам это удалось, Дмитрий Трофимович?..
— Знаете такое выражение Артем Викторович: «Партия сказала — надо!»
Когда началась война, Людмиле Павличенко исполнилось всего 25 лет. Она пришла добровольцем — с удостоверением о прохождении стрелковых курсов. Но войну начала, как простой пехотинец, у нее поначалу даже винтовки своей не было. Оружие ей отдал раненый товарищ.
С августа по октябрь 1941 года Людмила Павличенко уничтожила 100 фашистов. За это ей вручили новую снайперскую самозарядную винтовку СВТ-40 с оптическим прицелом и гравировкой. Винтовку Мосина снайпер использовала, когда нужна была точность огня. СВТ-40 — в боях, где ключевой характеристикой являлась скорость и огневая мощь. Когда оборона Одессы завершилась, Людмилу Павличенко отправили защищать Севастополь.
Она была молода и хороша собой, но за привлекательной внешностью и мягкой улыбкой скрывался стальной характер и холодный фронтовой расчет. Старший сержант Павличенко не проиграла ни одной снайперской дуэли. Расстояние, освещение и поправка на ветер. Павличенко рассчитывала все с такой точностью, что у противника не оставалось шансов.
— Визит Никиты Сергеевича послезавтра?
— Да, послезавтра.
— Что ж, не будем терять времени.
Выстрелы на площади Сталина
Артем встретился с Людмилой Михайловной Павличенко. Сейчас — в 1955 году ей было под 40 лет. Высокая, статная, очень красивая и элегантная. Но глаза снайпера «Леди Смерть», как назвали ее в США, оставались внимательными и холодными Она просто поразила Артема наповал! Сочетание элегантности, женственности и смертельной опасности будоражило. Тем не менее, «наш человек в эпохе Хрущева», прежде всего, отдавал должное ее профессионализму.
— Людмила Михайловна, как вы намерены действовать?
— Займу позицию на крыше Киевского ЦУМа: оттуда неплохой обзор всего Крещатика и прилегающих улиц. Буду работать с самозарядной винтовкой Токарева. Расстояние не такое уж и большое здесь, а темп стрельбы — важнее. Винтовка у меня с глушителем.
— У меня тоже, предпочитаю самозарядный карабин СКС, он компактнее.
— Неплохой выбор. Мои мальчики займут позиции по обе стороны от Крещатика и будут контролировать практически весь центр Киева в радиусе 500 метров, — проинформировала Людмила Павличенко.
— Ну, а я займу позицию в одном из зданий на площади Сталина. Там, ведь, предполагается митинг. Связь держим по армейским рациям.
— Все понятно. «Крайний» инструктаж проведем все вместе непосредственно утром перед выездом Никиты Сергеевича.
Армейская рация, несмотря на «компактность», оказалась громоздкой и тяжелой. Металлический ящик за плечами впивался в спину, тонкий хлыст антенны постоянно задевал за все и мешал. Вдобавок и само качество связи оставляло желать много лучшего. «Да, блин, я бы полжизни отдал сейчас за обычный китайский „Баофенг“ или кнопочный мобильник с приличным покрытием!» — подумал Артем.
Экипировка у него все та же: самозарядный карабин СКС с оптикой и глушителем, пистолет и нож. В кармане обязательно — жгут, перевязка и промедол. Теперь уже ученые, знаем… Только одежда — более подходящая для города: широкие серые штаны, обычная клетчатая рубашка, короткая куртка и кепка с широким козырьком.
Обычные хлебные фургоны ранним утром в Киеве совсем не привлекали внимания. Только не все они развозили хлеб в булочные. Некоторые останавливались в контрольных точках и высаживали «десант», так как накануне вечером отмечали на плане Киева контрольные точки и секторы наблюдения и ведения снайперского огня. Людмила Павличенко, как всегда, рассчитала все — до мелочей. В районе площади Сталина «десантировался» и Артем со своими двумя помощниками.
Они поднялись под крышу трехэтажного здания Филармонии на Владимирском спуске. Само здание построено в 1882 году архитектором Владимиром Николаевым — как Купеческое собрание.
Поднимаясь по лестнице, Артем еще раз прикинул в уме диспозицию и общую схему Филармонии. Центральный массив — в три этажа, а к нему примыкают два двухэтажных крыла, увенчанные башенками. На втором и третьем этажах во всю высоту находился Колонный зал имени композитора Николая Лысенко — так сказать, «ядро» всей Филармонии. Со стороны Крещатого парка, который сейчас — в 1955 году, назывался Пионерским, к зданию был пристроен двухэтажный кирпичный корпус для технических кружков Дворца пионеров, спроектированный Владимиром Заболотным. Его балкон с тыльной стороны выходил на Днепр. Как вероятный путь отхода… Кстати, весь парк оцепить не удалось — там площадь почти 12 гектар!