Но тут убийца Хрущева увидел, как обратно к Филармонии бежит группа спортивного вида парней в штатском. Медлить больше нельзя! Сейчас, или никогда…
Влад вскинул «Маузер-Шнелльфойер» и прицелился в Никиту Хрущева.
Раздались выстрелы.
Но это стрелял Артем, задрав свой пистолет в небо — он понимал, что прицельно выстрелить по убийце Хрущева он не может: слишком много людей вокруг. Но дорога каждая секунда, он рассчитывал хотя бы спугнуть этого «Освальда наоборот», заставить его нервничать. И в итоге — промахнуться. Бах! Бах! Бах! — сухие отрывистые звуки выстрелов «Токарева» резко обратили на себя внимание людей.
Но в этот же самый момент убийца Хрущева полоснул очередью из «Маузера-Шнелльфойера» по трибуне, на которой все еще ораторствовал Никита Сергеевич. Первый секретарь ЦК КПСС удивленно повернул голову, и тут все увидели, как по светлому летнему пиджаку и вышитой украинской сорочке под ним расплывается темно-красное пятно крови. Хрущев покачнулся, ухватился за край трибуны, но не удержался и рухнул вниз.
— Убилиии!!! — истошно закричала на одной ноте какая-то женщина.
В тот же момент Влад добавил паники, швырнув в толпу самодельную дымовую шашку. Раздался громкий хлопок, и все заволокло плотными серо-черными клубами. А сам убийца Хрущева метнулся вверх по лестнице — обратно в здание Филармонии.
Опоздал! Они все опоздали! — сердце замерло, Артема пробил холодный пот. Он увидел, как убийца Хрущева забежал внутрь Филармонии. Если он выйдет через черный ход, то затеряется в Пионерском парке. Найти его «по горячим следам» станет практически невозможно.
— Вперед!
Артем с напарником рванул за убийцей. В гулком фойе раздались выстрелы.
Совершенно неожиданно дорогу «Освальду наоборот» заступил второй оперативник. Тот, который остался на рации поддерживать связь. Услышав выстрелы, он инстинктивно бросился вниз — на первый этаж. И в фойе буквально нос к носу столкнулся с убийцей Хрущева.
— Стой, стрелять буду! — оперативник выхватил пистолет и даже успел выстрелить.
Но все же Влад оказался быстрее. Перезарядить громоздкий и массивный «Маузер-Шнелльфойер» он уже не успевал. А потому отбросил его и выхватил «Парабеллум». Пистолет привычно лег в руку, как влитой, раздались выстрелы. Оперативник захрипел и осел на пол.
Но именно эта заминка позволила Артему настичь убийцу. «Наш человек в эпохе Хрущева» мгновенно оценил ситуацию.
— Останься с ним, окажи помощь. Перевязочный пакет есть?
— Так точно.
— А я — за этим гадом!
— Есть!
Артем бросился вслед за убийцей Хрущева, крепко сжимая вороненый пистолет ТТ. Уж теперь он его точно не упустит! Все, как говорится — финита… Вот только вместо комедии вышла трагедия. Но тем более — ему надо достать этого гребаного убийцу-психопата и заставить ответить за содеянное! Никому не следует вот так — тупо и вероломно вмешиваться в ход истории. Ведь история не терпит не только сослагательного наклонения — горе тому, кто решится ее переписывать в угоду своим сиюминутным амбициям. Ведь не переписываем же мы учебники физики, химии, биологии или математики. Мы только добавляем известный нам массив знаний. И только история — «идеология, опрокинутая в прошлое», остается объектом субъективных манипуляций.
Убийца Хрущева побежал наверх по центральной лестнице, обрамленной внизу двумя стилизованными светильниками, мимо стоящего на площадке бюста композитора Николая Лысенко. И политический террорист, и его преследователь очутились в просторном фойе второго этажа.
«Освальд наоборот» на ходу выстрелил в двери, ведущие в Колонный зал имени композитора Николая Лысенко и распахнул массивные двери. Наверное, он хотел пробежать зал насквозь и выскочить за сцену, затеряться за кулисами. А ведь в любом театре там множество коридоров — настоящий лабиринт Минотавра! И ведут эти запутанные коридоры закулисья — что очень важно, к техническим выходам… А там — многокилометровый зеленый массив парка.
Колонный зал Киевской филармонии поражал своим масштабом и богатыми интерьерами. На рядах удобных кресел, на балконе и в ложах могли разместиться 595 зрителей. С потолка свисала огромная хрустальная люстра, светильники поменьше — но не менее изящные, располагались возле стен. Огромный зал поддерживали массивные и одновременно изящные мраморные колонны в ионическом стиле.
А на сцене возвышалось массивное черное фортепиано.
— Стоять! — Артем выстрелил из ТТ — прицельно.
Но второпях — промахнулся.
Убийца Хрущева обернулся и тоже выстрелил из «Парабеллума».