Инга подтащила край одеяла. Глянула на него. Очень некстати вспомнилось, что рассказывал Кирос, когда Инга дополняла отчёты. Крис один уложил подготовленных дэвианов. Он уже знает, что они умеют, сравнялся в скорости с Саймоном… есть ли что-то, что ещё можно ему противопоставить? Инга поджала губы. Вот это точно паранойя, во всех видеть врагов.
Паранойя ли?
Кристиан присел рядом, прямо на пол и заглянул в глаза.
— Ну, что не так? Говори. Серьёзно, твой сердитый и напряжённый вид разбивает мне сердце. Он потянулся к ней, но резко отдёрнул. — Проклятье, так спешил, что перчатки забыл надеть.
— Мы нашли способ вернуть Дани силы. Можешь паковать вещи, прощаться и всё такое. Завтра утром начинаем, — поковырявшись в аптечке, она достала следующий пузырёк с дезинфицирующим раствором и полила царапины. Обезболивающее ещё не полностью перекрыло ощущения, и она дёрнулась. — Мне нужно восстановиться.
Улыбка сбежала с лица Кристиана.
— Я не понимаю. Что произошло? Инга, ты и на меня злишься? — он всмотрелся внимательнее. — Нет, не на меня. На нас всех, — сделал неожиданно проницательный вывод и опустил глаза. — Можешь, не верить, но я понимаю тебя. Свалились не пойми откуда на твою голову, столько проблем из-за нас. Но всё же…я рад, что мы встретились, правда. И раз завтра уходи, наконец, я очень не хочу, чтоб мы оставили после себя плохое, обиду. Не знаю, что Дани натворил, но прости. И его, и всех нас.
— Я не злюсь, Крис, — ровным голосом ответила Инга, вдевая нить в иглу. — Просто устала. Тренировались с силой, я почти в нуле вот и огрызаюсь. Нужно выспаться, — это ложь, но Инге не хотелось развивать тему. — Всё хорошо, никаких обид.
— Что Даниэль сделал? — голос Кристиана понизился.
Веселье улетучилось и вот… теперь Инге начало казаться, что она разглядела настоящего Кристиана. Того самого, что без оружия выдирает противникам руки и ломает шеи. Смешно, как поздно до неё дошли слова о том, что все четверо прошли войну. Что все… убивали. Что сделает Крис, если она скажет: «Дани напал на меня»? Вспомнилось, как легко он подчинился приказу в Елховке, хоть и был против. Дани — лидер и командир, что бы она ни сказала, Крис будет на его стороне. Если Даниэль прикажет, Крис свернёт шею и ей, и Саймону, и всем остальным.
Может то, что он пришёл, проверка? На её готовность молчать?
Чутьё бесилось, сейчас на него нельзя полагаться. В голове смешивались множество разговоров, событий, сцен взаимодействий. Какой же дурой она была, когда полезла спасать Даниэля. Он Разум, наверняка разглядел в ней слабое звено, с помощью которого можно добиться чего угодно. Заставил делать то, что ему нужно. Увидел наивную дурочку, которой нравится геройствовать. Учитывая, что у них всё это время был Кристиан, они могли убить их, когда Инга валялась в нуле после разрушения дождя, а не сделали, потому что она…
Дура.
Не стоило соглашаться на контракт. Они никогда не нашли бы Криса и тот умер в лесу. Что было бы дальше? Как знать. Теперь она привела их в дом своего друга и испортила жизнь ещё и ему. Возможно, чуть не угробила Рика. Искренне хотела помочь, но теперь чувствовала себя какой-то… не сказать, что грязной, но потрёпанной. Забавно ждать иного от работы проходчика, они всё-таки просто исполнители. Живой щит между преступниками и жертвой, глупо ждать, что в моменты, когда всё хорошо, о них кто-то вспоминает.
Что ж, по крайней мере завтра они уйдут. Оставалось надеяться, что Инга не умрёт в процессе.
А если и умрёт, оставшись полностью без сил жить, пусть. В конце концов, она начала эту цепочку. Пусть так.
— Немного перестарался на тренировке, — улыбка, неотличимая от искренней. — Всё нормально, я переживу.
Кристиан будто не услышал, разглядывал её лицо и мрачнел. Кто мог подумать, что он настолько хорошо читает эмоции?
— И всё же, после нашего ухода, поверь в то, что мы очень благодарны тебе и считаем другом, — Кристиан поднялся и невесело улыбнулся. — Даже если нас ты такими не считаешь.
Он ещё раз взглянул Инге в глаза и вышел. По спине прошёлся холодок. Можно надеяться, что «после» для неё тоже будет?
Нет. Не про это. Оставшись в одиночестве ей вдруг стало тоскливо. А перед глазами поплыло. Возникло безумное желание окликнуть, попросить вернуться и, проклятье, да. Пожаловаться, объяснить, что она не злится, а просто не хочет выплёскивать… свою… обиду? Да. За то, что сперва Дани говорил про уважение и заботу, а после так просто…
Медленно выдохнув, она аккуратно зашила рану, присыпала заживляющим порошком и наложила повязку. Потом выпила полкувшина воды и свернулась под одеялом. Жаль, Кристиан выбросил сигареты. Это был как раз один из тех моментов, когда она к ним прибегала. Может вся нахлынувшая на неё подозрительность — ломка?