– Посмотрим, что из этого выйдет! – гадала Маргарита.
– Вроде все хорошо, все наладилось, прошло несколько месяцев с тех пор, как нашли убийцу. Но меня нет-нет, да царапнет – почему Валерия, зачем? Я знаю, была психиатрическая экспертиза, которая показала, что Лера больна. Но, все равно не хочется во все это верить. Как так получается, много лет знаешь человека, он тебе нравится, ты с ним дружишь, проводишь вместе время, а он, оказывается, хочет тебя убить. Странная болезнь, не укладывается у меня в голове. Ладно, пойду поплаваю, а потом наряжусь в Мишино любимое платье, не буду народ шокировать шортами и футболкой.
Едва Марго успела сделать все задуманное, как услышала, что кто-то из гостей уже приехал. Оказалось, шофер привез Мишиных родителей.
– Маргарита, деточка! Мы специально приехали пораньше поблагодарить тебя за сюрприз.
– Господи, какой сюрприз? – переполошилась Маргарита, испугавшись, что наобещала что-то, а потом сама забыла.
– Ну, как же, Маргарита, о лучшем подарке мы не смели и мечтать – ты пригласила Юлию с мальчиками. Мы по внукам очень скучали. Понимаешь, деточка, мы по-прежнему считаем мальчиков своими внуками, очень любим их, они ведь росли на наших глазах. Когда Миша резко прервал всякое общение с мальчиками, нам пришлось скрывать свои чувства, боясь ранить сына еще больше.
– Любовь Игоревна, не волнуйтесь, вы сейчас можете с ними общаться, сколько захотите. Давайте попьем чай, и я расскажу вам интересную историю, похожую на сказку с хорошим концом.
Маргарита попросила Ирину Марковну организовать чай на открытой веранде. Помощница, как по волшебству, соорудила прекрасно сервированный стол. Марго с удивлением узнала, что на даче есть настоящий самовар. Компания уютно устроилась на веранде, и все с удовольствием принялись пить вкуснейший чай из самовара с вареньем. За чаем Марго поведала родителям Миши историю Юлиного рождения. Когда она кончила, Любовь Игоревна философски заметила:
– Чем дольше живу, тем больше понимаю, как сложна и запутанна жизнь. Никогда сегодня не знаешь, что тебя ждет завтра. Ты со мной согласен, Сереженька?
Сергей Анатольевич послушно кивнул. Оставив переваривать свалившуюся на Мишиных родителей информацию, хозяйка пошла встречать следующую подъехавшую машину. Приехала Мишина сестра с мужем – игроком с горящими глазами. Гости были в приподнятом настроении. У мужа сестры (Маргарита, точно не помнила, как его зовут, вроде Вадим) глаза горели еще ярче обычного. Игрок взахлеб стал рассказывать, как вчера ему везло, он выиграл кучу денег. Сестра Миши Виктория равнодушно добавила, что теперь у супруга есть личный капитал, который можно проигрывать. И это хорошо, она надеется, что хоть некоторое время Вадим не будет клянчить у нее деньги. Марго обрадовалась, подтвердилось, что имя игрока Вадим, теперь смело можно обращаться к нему по имени. Девушка пригласила вновь прибывших присоединиться к чаепитию.
Компания в таком составе еще около часа просидела за столом. Болтали просто так: о хорошей погоде, о плохом правительстве, о сложной международной обстановке, о пробках в Москве. Из сада доносился упоительный аромат цветов, стрекотали кузнечики. Маргарита про себя восторгалась:
Как же это здорово! Никогда в жизни раньше мне не было так хорошо!
Ближе к четырем часам приехали Лондонские гости – веселые, шумные, нарядные. Маргарита и боялась, и ждала с нетерпением встречи со своей новой родственницей. Про себя девушка много раз проигрывала сцену встречи с Юлией, не знала, что ей говорить. А тут я запросто подошла к ней, обняла и произнесла сами вырвавшиеся слова:
– Ну, что тетя, давайте знакомиться.
Юля в ответ:
– Как я рада, что у меня есть такая племянница. И они крепко обнялись, расцеловались, как будто так было всегда.
Вечер прошел чудесно. Ирина Марковна наготовила всяких вкусностей. Родители Миши не отходили от внуков. Юлька со Скворцовым вели себя как молодожены, обнимались, переглядывались. А Маргарите было приятно, что у нее, оказывается, так много родственников, она упивалась новым, ранее ей незнакомым чувством, родственной близости. Поздно вечером родители Миши и сестра с мужем уехали, а Лондонские гости остались ночевать.