Маргарита задумалась:
– А, ведь, действительно, после приезда из Турции меня ни разу не охватывало леденящее чувство страха от того, что за мной наблюдают.
Девушка неуверенно ответила следователю:
– Нет, вроде, не замечала.
Мария Германовна, довольная, что удалось выудить нужную информацию, решила посмаковать ее:
– Почему вы не сообщили о слежке в полицию?
– Я же вам говорила, я приняла ее за фобию. Именно поэтому я решила съездить на недельку отдохнуть, с надеждой, что мои видения и ощущения пройдут сами собой.
– А почему вы поехали в Турцию, а не свою виллу в Испанию?
– От доблестной полиции не скроешься, и про виллу узнали. Объясняю, вилла мне досталась в наследство от моего мужа. Отдыхать там вместе с супругом было нормально. Но, прикиньте, что мне там делать одной в огромном доме, при том, что я, как мне казалось, страдала от мании преследования. Лучше уж быть на виду у большого количества людей.
– Хорошо, Маргарита Николаевна, с этим разобрались. Теперь, прошу вас, подумайте, что еще необычного случилось с вами последнее время?
– До поездки или после?
– Все странности, которые выпадали из обычного ритма и до и после отдыха в Турции.
– Мне кажется, все необычное до поездки, я вам, как на духу, выложила. А, когда приехала, кроме трупа в спальне (не удержалась, съехидничала Маргарита) ничего особенного не припоминаю, обычная рутинная работа.
– Вы ворочаете большими капиталами, может, кто-то у вас просил денег, а вы отказали? Подумайте, не торопитесь.
Маргарита с ужасом вспомнила про Вадима:
– Господи, неужели и про азартного родственника узнали? Но, с другой стороны, причем здесь труп и деньги, которые я давала Вадиму? Кстати, последний раз я ему отказала. Что, если Вадим проиграл деньги трупу, и сказал, что расчет можно получить у меня? Тогда зачем тип покончил с собой? Наверно потому, что все азартные игроки – люди нервные, а ждать меня пришлось долго, вот нервишки и подкачали.
– Маргарита Николаевна, я чувствую у вас есть, что мне рассказать, но вы не решаетесь.
Маргарите срочно пришлось выкручиваться, и она ухватилась за первое, что пришло в голову, лишь бы Вадима не впутывать:
– Мария Германовна, я постаралась ничего не упустить, но, кроме пожара на складе мебели, произошедшем в мое отсутствие, ничего не приходит на ум.
– Пожар, это уже интересно. Известна ли причина, из-за которой он произошел?
– Я сама со следователем не говорила, этим занимаются мои заместители. Они утверждают, что там на складе есть камеры видеонаблюдения, которые запечатлели мужчину, устроившего поджог.
– Это уже интересно. Дайте мне, пожалуйста, контакты ваших заместителей, хочу узнать, кто ведет следствие.
Маргарита, радостная, что удалось выкрутиться и не вплетать Вадима, продиктовала контакты заместителей. Девушке было смешно, что такая на вид умная и серьезная сыщица занимается чистой ерундой, копаясь в не относящихся к делу фактах. Ей было непонятно, зачем тратить на них драгоценное время вместо того, чтобы заниматься делом и искать настоящих преступников. Маргарита опять тайком посмотрела на часы и пришла в ужас:
– Уже, наверняка, Вика ждет меня в «Чашке», пока я ублажаю разыгравшееся любопытство следователя. Точно, лучше бы Мария Германовна со своей модельной фигурой ходила по подиуму и демонстрировала последние модные тенденции сезона.
– Маргарита Николаевна, я вижу: вы спешите, давайте встретимся еще раз. Возможно, вам удастся вспомнить еще какие-нибудь факты.
На этот раз Маргарита со своим покладистым и позитивным характером не выдержала:
– Мария Германовна, я считаю себя потерпевшей стороной в истории с трупом в моей спальне. Мне непонятно, почему вы меня пытаете, считая, что я каким-то образом связана со смертью совершенно незнакомого мне мужчины.
– Вы же не отрицаете, что гражданин Павловский оказался в вашей спальне, таким образом вы с ним вольно или невольно связаны. Я должна понять, почему он оказался именно в вашей квартире, причем таким хитроумным способом. Случайности здесь исключены. Как одна из версий – он поджидал вас Маргарита Николаевна.
– Меня? Совершенно абсурдная версия! Нас с ним ничего не связывает, мы с ним даже не знакомы. А почему же он меня не дождался? Зачем он тогда покончил с собой?
– Этого я пока не знаю.
– Мария Германовна, неужели вы так тщательно копаете в каждом деле? Так у вас не хватит времени на раскрытие по-настоящему серьезных преступлений.
– Да, я всегда работаю так. А вы, Маргарита Николаевна, рассуждаете, как мое начальство, которое считает, что дело – не резонансное, надо поскорей закрывать.