– Слава богу, ушла полиция. Они спят и видят, чтобы я им письмо отдала. Как же, разбежалась – ничего вы от меня не получите! Мария Германовна, хоть, и строит из себя умную, но, кажется, ничего не поняла, что я ей из письма выболтала. Но, я – не дура, о самом главном ни словечком ни обмолвилась. Нет, не на ту напали, не позволю память моего мужа запятнать. Никто не должен знать, что Борька – поганец, хотел убить Крылову. Только почему ему не угодила наша соседка, я несколько раз письмо перечитала, а понять не могу. Но, чего об этом думать, если он вместо нее себя укокошил? Не иначе, с катушек слетел! Да, он, наверно, еще раньше свихнулся. А иначе, как объяснить, что сорок пять лет жил без нормальных баб обходился, а тут на чокнутую позарился. Чудны дела твои, господи!
Некоторое время Татьяна Михайловна еще рассуждала о странностях судьбы.
– Завтра поеду на кладбище к Васеньке, ну и к Борьке тоже загляну. Любил его отец, да и Борька любил Васю. Да, точно, Борька любил отца, а иначе он бы не написал в письме эти строчки, сейчас прочитаю.
Татьяна Михайловна открыла ящик комода, вытащила потрепанные листочки, нашла нужный и вслух прочитала:
«Прости меня, папа, я не мог поступить иначе. Единственное, что меня останавливает: я боюсь бросить тень на твою безупречную репутацию. Прошу тебя, отрекись от меня. Категорически требую: никаких адвокатов, и посещений меня в тюрьме. Я должен получить наказание по закону, я к этому готов».
Татьяна Михайловна еще перечитала эти строчки и задумалась:
– Разве псих может такое написать? Может, Борька и с ума не сходил? А тогда как все это понять? Говорят, Шекспир писал кровавые трагедии, а то, что произошло с нами – здесь такая трагедия, что Шекспиру и не снилось.
Мария Германовна ехала под впечатлением встречи с вдовой. Поначалу после разговора с ней по телефону у сыщицы сложилось впечатление, что женщина просто из вредности не хочет помочь следствию. Но после личной встречи с вдовой подполковник Чижова резко поменяла свое мнение. Она поняла, что Татьяна Михайловна – женщина простая, но всем сердцем любившая своего мужа. И теперь вдова бульдожьей хваткой готова вцепиться в горло любому, кто, по ее мнению, покушается на светлую память о Васеньке. Женщина по-простецки, но до смешного трогательно не хотела показывать сыщице письмо, ей казалось, что намерения сына каким-то образом опорочат ее мужа. Единственно, что нелепо сегодня смотрелось на вдове, так это – яркий халат с павлинами, он полностью разрушал мизансцену.
Татьяна Михайловна на самом деле в основном подтвердила версию сыщицы. Расхождение было лишь в том, что сыщица считала, что психиатр покушался на убийство Крыловой, когда сам потерял рассудок. На самом же деле, из слов проболтавшейся вдовы можно сделать вывод: Павловский решился на преступление, в трезвом уме. Да, еще Мария Германовна считала, что психиатр проверял свою научную теорию на Чудиновой, а здесь, как правильно подсказал Илья, примитивная любовная связь. Опытная следователь, которую трудно чем-то поразить, удивленно рассуждала:
– Как все же замысловато устроена жизнь. Жил врач себе спокойно занимался наукой, женщинами не интересовался. И вдруг в сорок пять лет, как говорят в народе, «бес в ребро» – спутался с пациенткой.
Теперь все укладывалось в версию сыщицы, которая обросла вскрывшимися деталями. Павловский сам себе таким образом назначил расплату за то, что вступил в преступную половую связь с психически больной пациенткой (правильно был поставлен диагноз или нет уже не имеет значения). Дальше, узнав о ее беременности, испугавшись огласки, бросил ее. И только, когда узнал, что Чудинова умерла от открывшегося кровотечения, решил, что час расплаты для него настал. Выбрал, прямо скажем, очень оригинальное наказание для себя – решил выполнить маниакальную идею своей психически больной возлюбленной: «Убить королеву Марго». Единственное, что еще царапало мозг дотошной сыщице, как так мистически совпало, что Крылова оказалась соседкой его отца.
– Но, что я удивляюсь, неоднократно на своей следственной практике сталкиваюсь с еще более причудливыми совпадениями. Иногда, мне кажется, что дьявол специально плетет свои коварные сети, подстраивая немыслимые совпадения, чтобы искушать людей, толкая их на преступления.