Баст провел рукой по волосам, когда в его голове промелькнули разные варианты.
— Это безумие, и нас, вероятно, убьют, — сказал он, но на губах все же появилась улыбка.
Свобода.
— Хорошо… Черт, ладно, — произнес он, как будто пытается убедить себя прыгнуть со скалы.
Стелла захлопала в ладоши.
— Да! Мы начнем все с чистого листа, Баст. Мы можем быть, кем захотим! — Казалось, она уже давно обдумывала это. — Я почти уверена, что из меня получился бы превосходный целитель. Я могла бы даже поступить в Университет целительства!
Исцеление идеально соответствовало нежному характеру его сестры. Баст не сомневался, что Стелла преуспеет в этом.
А что касается его? Он был наемным убийцей всю свою жизнь. И не знал, чем еще заняться, кроме убийства, но в то же время хотел изменить это.
— Я думаю… — начал он, не в силах предугадать, к чему это может его привести. — Думаю, что хочу преследовать плохих парней.
Как это делал Брюс.
Поджав губы, сестра нахмурилась на него.
— Значит, ты будешь убийцей с моралью?
— Не совсем так. Брюс убивал для того, чтобы добиться справедливости. Думаю, я тоже хочу это делать, — задумчиво произнес он.
Она в шоке распахнула рот.
— Ты хочешь сказать то, о чем я думаю?
— Да. — Баст улыбнулся, когда вся его жизнь, как ни странно, внезапно обрела смысл. — Стелла, я хочу стать детективом.
Глава 9
Замок Ночного двора занимал всю верхнюю половину средней горы, изгибаясь вдоль скалы и идеально сливаясь со звездным небом, не говоря уже о самом острове. Этот был титан из белого мрамора с крышами в виде капли и открытыми арками по всему зданию, словно он охранял континент, как маяк или сторожевая башня.
Трудно сказать, что именно.
— Вау, — прошептала Мера себе под нос, следуя за Бастом во дворец.
Забудьте о причудливых особняках и пентхаусах в Тир-На-Ног. Это место превосходило их, и от замка захватывало дух. Он почему-то напомнил ей гигантского белого дракона, сидящего на горе и защищающего свое гнездо.
Петляя по просторным мраморным залам и коридорам, они оказались у винтовой мраморной открытой лестницы, которую поддерживали тонкие белые колонны.
Лестница проходила по горе, и вид с такой высоты открывался потрясающий. Белые волшебные огни сияли внизу по всему по Лунор Инсулу до самого океана, а светящиеся неоном птицы рассекали ночь. Вдалеке, за линией воды, блестели городские огни побережья Тир-На-Ног.
Но у Меры не было времени оценить пейзаж. Напарник уже тащил ее к тронному залу — огромному круглому сооружению с куполообразным потолком, расположенному на самой вершине горы.
— Баст, ты здесь как детектив из Холлоуклиффа, — напомнила она ему, когда лестница привела к большому просторному залу с деревянной двойной дверью высотой не менее десяти футов. — Тебе придется играть свою роль, даже со своими братьями.
Баст нахмурился, глядя на нее так, словно она сморозила глупость.
— Конечно, котенок.
— Хорошо. Я рада, что мы на одной волне.
Он распахнул двери, что было подвигом, потому что они выглядели чертовски тяжелыми. Шагнув в зал, Баст широко развел руки в стороны.
— Скучал по мне, малахай?
Мера хлопнула себя рукой по лбу.
Отлично. Просто великолепно.
Тронный зал окружали со всех сторон гигантские арки, из которых открывался невероятный вид на океан и сам остров. С такой высоты ветер должен дуть отовсюду, но какая-то магия защищала помещение от ветра.
В центре огромного зала на белом мраморном полу выгравирован темно-синий круг со словом «Импернокто».
Три сидхе стояли кругом. Серафину Дэй, мать Баста, Мера узнала сразу. Баст виновато вздрогнул, увидев мать.
— Прости, мам, — пробормотал он, когда они подошли ближе к группе.
Грустно улыбнувшись сыну, его мать просто кивнула.
Серафина все еще была одета в траурное иссиня-черное платье, закрывавшее ее от шеи до лодыжек, и темную вуаль, прячущую ее лицо. Ее розовые глаза поблескивали из-за прозрачной ткани.
Повернувшись к Мере, она слегка склонила голову.
— Погода сегодня прекрасная. Вот увидите, скоро из цветов пойдет дождь.
Мера склонила голову в ответ, от скорби у нее перехватило горло.
— Я думаю, это возможно.
Баст благодарно кивнул ей.
Руки королевы слегка дрожали. Матери, должно быть, тяжело стоять там, не зная, что произойдет дальше, даже если она не совсем в себе.
Неужели ее дети начнут убивать друг друга?
Ссориться? Драться? Чудесным образом вели бы себя хорошо?
Мера тоже понятия не имела, что будет дальше.