Закатив глаза, Баст шагнул вперед.
— Я могу делать все, что захочу.
Это ложь. Он не мог причинить вред идиоту, не спровоцировав скандал между районами.
Баст прошел, может быть, три шага, прежде чем баку снова встал у него на пути.
— Вы не можете забрать это дело у нас. Здесь убили человека.
Идиот предположил, что Баст заберет это дело, вместо того чтобы помочь его раскрыть. С другой стороны, большинство преступлений, в которых замешаны фейри в других районах, преподносились на блюдечке участку в Тир-На-Ног, и все благодаря высокопоставленным чиновникам фейри, которые хотели скрыть своих грехи.
Хотя они и были чертовски коррумпированы и находились на жалованье у дворов. Неважно, что те же самые бюрократы пробрались в участок Баста, чтобы направить расследование в свою пользу. Эти сукеты вынудили Фэллона действовать, и капитану это не понравилось, но он ничего не мог поделать.
Да, у других районов были все причины ненавидеть фейри. Честно говоря, Баст тоже не слыл их фанатом, но выполнял свою работу, а этот малахай преградил ему путь.
Он сильно толкнул человека, швырнув его на пол, и к черту дипломатию.
— Дану в гребаных прериях, — проворчал Баст, приближаясь к двум фигурам, стоящим к нему спиной. Скорее всего, это два детектива, дежурившие на месте преступления. — Неужели все люди такие же тупые, как ваш коллега?
— Я не знаю. Все пикси такие же придурки как ты? — женщина справа повернулась к нему.
Как бывший хладнокровный убийца и опытный детектив из Холлоуклиффа, Баст никогда не замирал. Никогда. И все же сейчас он застыл.
Он и раньше спал с людьми. Однако эта женщина выглядела просто фантастически. Она отличалась от всех, кого он знал, во всех отношениях, и не мог точно определить почему.
У Меры Мореа, по крайней мере, он надеялся, что это была она, нет вздернутого носа или высоких скул. Ее лицо не назовешь нежным. Ее губы не такие полные, как у принцесс фейри из старых сказок, а волосы не струились, как шелк.
Тем не менее у него отвисла челюсть.
В ее зеленых глазах читалась такая напряженность, что у него перехватило дыхание. Как будто они видели Баста тем, кем он был раньше и каким ему предстоит стать. Эти изумруды подходили к ее прямому носу и волевому подбородку, а также к ее темным бровям.
Мера не была нежным снегопадом или ласковым солнечным лучом. Она была ураганом, который уносил в небо целые города, грозой, предшествовавшей концу света.
И ее груди. Гребаные груди…
Она оценивала его так же, как и он её. И судя по ее прерывистому дыханию и слегка приоткрытому идеальному рту, она явно одобряла то, что видела.
На его губах появилась ленивая усмешка.
— Мера Мореа?
Пожалуйста, скажи «да».
Она кивнула.
Странное легкое ощущение затрепетало в его груди, но Басту нужно сосредоточиться. Он оказался здесь, чтобы раскрыть дело, а не пялиться на женщину, от одного присутствия которой его член затвердел. Эта сильная реакция, которая может означать многое, в частности, что она может быть связана с ним…
Нет, Баст не верил в глупые народные сказки.
Повернувшись к мужчине слева от себя, он откашлялся и произнес:
— Джулиан Смит, я полагаю?
Баку отсалютовал ему средним пальцем.
— Да, а ты кто?
Баст проигнорировал оскорбление только потому, что его гораздо больше интересовала Мера.
— Себастьян Дэй. — Засунув обе руки в карманы своих сшитых на заказ брюк, он сосредоточил свое внимание на ней. — Вы можете звать меня Баст. Я здесь, чтобы расследовать убийство Зева Ферриса, короля Летнего двора.
Мера в шоке распахнула рот. Интересно, что бы он мог засунуть в ее соблазнительный рот?
Сосредоточься на деле, Дэй, упрекнул он себя.
— Ты хочешь сказать мне, что этот парень, — Мера указала на мертвого фейри, — который одет как торгаш-лепрекон, является королем светлого двора? Ты серьезно?
Баст одарил ее ослепительной улыбкой, надеясь, что его обычное обаяние сработает.
— Не все могут хорошо одеваться, грудастенькая. — Он осмотрел ее одежду, словно пытаясь доказать свою точку зрения.
Нахе!!! Грудастенькая? Когда он потерял хватку?
Но он не мог взять свои слова обратно.
Мера посмотрела на него, и румянец ярости окрасил ее прелестные щеки.
— Извини, если я одеваюсь не по твоим стандартам денди, пикси.
Баст расхохотался. Мера ужасна в ругательствах. Даже Тео мог бы научить ее многому, хотя его брат был монахом.
Прошло так много времени с тех пор, как они разговаривали в последний раз.… И все же Баст не мог думать об этом сейчас и копаться в прошлом.