— Она права. Если Томилин получит основную часть наследства, то мы с тобой вряд ли впишемся в долю вдовы. Не думаю, что она захочет с нами поделиться. Во всяком случае, добровольно. Кинет нас немедленно, как только денежки в руках ощутит. Посчитает, что ей и самой мало досталось.
— Что ты предлагаешь? Может, по тормозам? Все равно ничего не получается.
— Нет, так просто мы не сдадимся, побарахтаемся еще. А если хорошо постараться, то можно и к финишу первыми доплыть.
— Это как же?
— А так же. Если не получается бросить тень на основного наследника, следует их обоих замарать — друга и вдовушку.
— Я не понял, — растерялся Егор.
— Ты всегда был в курсе похождений старика. Неужели ничего не замечал за его женой?
— Нет, ничего.
— Ну и глуп же ты, братец! Не думаешь же ты, что она, такая красавица, умница и без пяти минут очень состоятельная женщина, польстится на какого-то там водителя?
— А вот здесь ты…
— Слушай, что тебе говорят, и не перебивай! После будешь обижаться, когда деньги начнем делить. Тогда и выскажешь мне все, что обо мне думаешь. Если, конечно, мнение не переменишь. А пока ты для нее все равно что разменная монета: если износишься, то и выбросить не жалко. У нее наверняка есть настоящий любовник, которым она даже сама перед собой гордится.
— Обижаешь! Я ее вполне устраиваю, особенно как партнер по сексу.
— Кто бы сомневался! — усмехнулся Павел. — Но у нее должен быть еще кто-то. И я думаю, что этот кто-то — друг ее мужа, основной наследник. Ты думаешь, ей не хочется получить все? А сделать это можно, только уложив Томилина к себе в постель. Так зачем далеко ходить в поисках денег, если они рядом? Стоит лишь соблазнить наследника, женить его на себе, а потом можно будет и избавиться, если не сойдутся характерами. Как тебе такой расклад?
— Если честно, я догадывался, что они встречаются, — после некоторого раздумья ответил Егор. — Но, в конце концов она же предпочла ему меня!
— Ты и в самом деле так глуп или только прикидываешься? Как она могла выбрать тебя, голь перекатную?! Спустись на землю-то, хватит уже в облаках барахтаться.
— Однажды я проследил за ней и видел их вместе, — признался Егор. — Потом Елена ездила к Томилину еще раз, незадолго до смерти Петра Петровича.
— Поздравляю! Ты просто растешь в моих глазах. Так чего же ты дураком-то прикидываешься? Тебе же цены не сложить в базарный день, это хоть ты понимаешь, чудак-человек?
— Понимаю. — Губы Егора расплылись в довольной улыбке. Павел редко хвалил, но, когда случалось, был искренен и честен, а это многого стоило. — Но в последнюю встречу они, кажется, расстались. Очень уж злой Елена была, когда домой вернулась. Не обольщайся, иначе я свои слова обратно заберу. После ее возвращения из-за границы они не встречались.
— Так прошло-то всего ничего. Да и мужа она только что похоронила… Ладно, верю. Слушай, что тебе необходимо сделать.
То, что предложил Павел, Егора ошеломило. Но по мере того как тот говорил, доходчиво и обоснованно, Егор все больше убеждался, что друг прав как никогда, и тот огромный риск, который присутствовал с несомненной очевидностью, уже казался мелочью по сравнению с ожидающим их выигрышем.
Да, Егор послушный исполнитель. Но каждому из них в этом судьбоносном преступном альянсе уготована своя роль. Павел отлично справляется с ролью организатора преступления, а потому и Егору стоит постараться как следует сыграть свою. Потому как если что — отвечать придется обоим на равных, да еще в двойном размере, как банде. Поэтому все по-честному.
Егор мельком глянул на золотые часы, подарок Елены, и заторопился в кухню. Его совершенное мускулистое тело отказывалось что-либо предпринимать без своевременного питания: проблемы проблемами, а пропускать положенную трапезу не стоит, только желудок себе испортишь. Сначала ужин пропустишь, переживая за что-то, затем не позавтракаешь, пытаясь наскоком решить непосильную твоему уму задачу, а там и до язвы желудка недалеко. Нет, организм требует к себе уважительного отношения. Как ты к нему, так и он к тебе.
За накрытым к ужину столом уже сидели Светлана Николаевна и Галина, обе грустные и унылые.
— Вы чего как в воду опущенные?
— Присаживайся, Егорушка, — слабо улыбнулась ему Светлана Николаевна. — Я тебе уже положила, ты ведь всегда вовремя к столу приходишь… А чему радоваться-то? Сначала хозяина убили, затем Леру в тюрьму забрали, а теперь и Ирина Марковна куда-то запропастилась. Елена Сергеевна уже несколько раз ее спрашивала. А нам-то откуда знать, где ее домоправительница бродит? Она нас никогда о своих планах не предупреждает.