– Электрошвабры, электровеники, ведра в подсобке коменданта стоят. Про остальное не знаю.
– Где эта подсобка?
– Идем.
Вперевалку шаркая, она довела Рича до конца коридора.
– Тута.
– Ключи есть?
– Нет.
Разогнавшись, Рич прыгнул на дверь. Добавил ногой.
– Чего творишь? – заверещала кастелянша.
Рич хотел отмахнуться, но задержался на ней взглядом. Гм, добрая туша, центнер с гаком. Недолго думая, он обхватил Тамару вокруг крупа.
– Эээ! – заголосила тетка.
Поздно. Крепко спаявшись с кастеляншей в одно целое (в нос шибануло потом и хлоркой), Рич ринулся на дверь. И вынес замок с треском.
– Спасибо, уважаемая, – прокряхтел он, помогая кастелянше подняться.
Тамара огрела его так, что фуражка слетела.
– Кто дверь чинить будет, ирод? Вот пожалуюсь на тебя начальству, чтоб тебя…
Она поковыляла из подсобки, охая и причитая.
Рич отряхнув мундир, нащупал выключатель и зажег свет. В подсобке имелся стандартный инвентарь для уборки общаги – тряпки, виброметлы, ведра, электрошвабры. Рич начал все это разгребать. И вдруг услышал странный звук. То ли писк, то ли скулеж.
Сначала подумал, крыса. Но нет, в этом звуке вибрировал особенный надрыв. Он шел из дальнего угла каморки, из-под наваленных мешков и кирпичей.
Рич бросился сдвигать в сторону стройматериалы. Писк сделался отчаянее.
Он дорылся до дна, отбросил в сторону последний мешок. Кто-то скулил и стонал там, внизу.
«Сейчас, сейчас», – заторопился арабист. Нащупал половую доску. Подцепил ее краем лопаты, перехватил. Вынул еще одну доску и посветил люксодиодным фонариком. Зеленый свет пролизал темноту. Навстречу дернулось истощенное, подернутое бородкой лицо. Пахнуло туалетной вонью.
– Илья? – с изумлением узнал Рич.
В волнении протянул ему руку. Илья не с первого раза за нее уцепился. Мелко дрожа, выполз из заточения, с грохотом отбросил еще одну половую доску.
Они обнялись. Илья отпрянул.
– Почему ты в форме?
– Потом объясню. Тебя Зайцев запер?
– Погоди, жрать и пить охота. Но еще больше – нормально схо-дить… ууу…
Бег с препятствием
Капитан Суставин шагал к общежитию № 20 с бескорыстной решимостью. В свой законный отгул, вместо того чтобы ехать на дачу с женой укрывать цветы на зиму, он явился сюда. Наврал супруге, что в общаге намечается следственный эксперимент, на котором он непременно должен присутствовать.
Выйдя из трамвая на нужной остановке, он побрел по Большому Харитоньевскому переулку, похрустывая листвой. Мимо шла молодежь с мини-суперфонами в виде сережек. Почти все были в модных скошенных джинсах, открывающих половину бедра.
Ишь ты, мерзнут, а все равно щеголяют, подумал Суставин со смесью зависти и возмущения. И чуть не свернул голову на ультрасовременную девицу, которая высокомерно семенила ногами, втиснутыми в одну штанину, стилизованную под русалочий хвост. Капитан озадаченно хмыкнул: дочь Лиза клянчила нечто подобное.
Он вздохнул про себя, что девушки уже не обращают внимания на его замученную рожу с хроническими кругами под глазами. А ведь когда-то Серега Суставин был ого-го, давал прикурить. Полмикрорайона в Подольске сбегалась глянуть, какие трюки он выделывает с доской на роллердроме.
«А теперь что мы имеем? – мысленно загибал он пальцы. – Сварливая жена. Издерганные нервы. Перхоть в лысеющей башке. Дочь-разгильдяйка».
В таких невеселых думах он приблизился к общежитию МУГР. Деловито вошел в вестибюль. Увидев на вахте знакомую крашеную рыжуху, приветливо кивнул на турникет.
– Откроете?
Рыжуха не среагировала. Суставин постучал по стеклу.
– Эй, мадам! Вы что, не узнаете меня?
Вахтерша нахохлилась.
– Как раз очень даже узнаю.
– Так в чем дело?
– А чего я должна тебе открывать? Ты кто такой?
Суставин ухмыльнулся. Дуреха, видно, слегка свихнулась на почве одинокого кукованья. Пожав плечами, капитан вытащил из кармана удостоверение, приложил к стеклу.
– И что с того? – ощерилась нахальная тетка, обнажая квазизолотые зубы.
Похоже, она и впрямь – «тово». Суставин стиснул трубу турникета.
– Слушай сюда. Или ты меня сейчас же пускаешь, или у тебя возникнут кр-рупные неприятности.
– Ой ли? – отреагировала вахтерша с немыслимым гонором. – Я все знаю и про тебя, и про твоего дружка. Что, обгадились?
– Не понял.
– Забрали у вас дело, вот чего. Не справились, хлопчики! Так что идите гуляйте.
Суставин был ошеломлен.