– Сколько они тебе заплатили?
Отец посмотрел на сына долгим взглядом. Баев бахнул кулаком по каминной полке.
– В правительство СССР проникли джуги? Сколько их было? Какие сферы они захватили? Сколько шрамов ты им сделал?
– Я не считал.
– Фамилии?
– Бессмысленный вопрос. Я делал шрамы подросткам. Их называли только по именам. Мне их приводили, я лишь проводил операции.
– Не думал, что ты настолько жаден.
– Дело не только в деньгах. – Отец отложил дымящуюся трубку. – Не знаю, сможешь ли ты меня понять.
Опираясь на трость, старик встал и подковылял к бару. Вытащил бутылку коньяка и наполнил бокал. Вернулся к креслу, покряхтывая, уселся.
– Знаешь, с юности меня мучил один вопрос. Не слишком ли легко нам, саярам, далась власть над материальным? Что мы сделали для того, чтобы ее получить? Какой подвиг совершили? Чем пожертовали? – Роман Андреевич пожал плечами. – Чем больше привилегия быть саяром дарила мне свои плоды, тем тяжелее становились эти мысли. Вздымаясь вверх по лестнице благополучия и власти, я чувствовал, что многие из тех, кого я оставил позади, были не хуже, а иные лучше и гораздо способнее меня. Зато мои соплеменники-саяры, такие, как я, легко взлетали наверх.
– Что за…
– Не перебивай. Я много размышлял о природе нашего дара, об этом счастливом билете, который вытащил для нашего народа великий Саяр. Почему именно мы? Что ждет мир, в котором безраздельно царит такая сила? Что ждет нас самих? Ответ был очевиден: чтобы сила оставалась силой, ее необходимо уравновесить. Или хотя бы создать для нее сопротивление. Иначе рано или поздно мускулы станут дряблыми, чувства утонут в глупостях. Посмотри вокруг: разве ты не видишь, как деградировало твое окружение, твое так называемое правительство саяров? Всевозможные пороки и слабости сосредоточились в этих людях. Скоро они будут неспособны противостоять даже официальному правительству этой страны. А если придется схлестнуться с врагом покруче?
– Ты хочешь сказать, что подыграл джугам лишь ради того, чтобы они стали для нас достойным противником?
– Не только поэтому, Володя. Существование саяров в прежнем виде невозможно. Замкнутая корпоративность ведет нас к гибели. Настала пора разбавить нашу идеологию, взболтать застоявшуюся элиту, влить в нее новую кровь.
– Но почему джуги, папа?
– Потому что за ними сила, которой мы не можем противостоять.
– Ты пытаешься оправдать свое предательство!
Отец приподнял трость и погрозил сыну. Одновременно приподнялись оба лабрадора, заурчали на Баева-младшего.
– Скоч, Лэнс, лежать, – осадил их Роман Андреевич.
Лабрадоры послушно опустились на ковер. Баев-старший прикрыл глаза и продолжил излагать:
– Как и пятьдесят лет назад, сейчас я думаю лишь о выживании нашего народа. Может быть, ты поймешь меня когда-нибудь. Видишь ли, еще в мединституте я втайне от всех увлекся исследованием человеческих организмов различных этносов. Само собой, что в первую очередь меня интересовали мы, саяры. В результате сравнения основных биохимических показателей я пришел к выводу, что мы вырождаемся. Многие признаки у нас были одними из худших, а способность к воспроизведению – последняя из всех.
– Чушь!
– А почему у тебя в пятьдесят четыре года до сих пор нет детей? Только не говори, что ты не хотел, не созрел. Это все психологический блок, сиречь та же биохимия. Посмотри на других саяров. Многие из них бездетны, в лучшем случае имеют по одному ребенку, среди которых велик процент больных. Думаешь, я не хотел иметь много детей – троих, пятерых? Но в итоге, еле напыжившись, мы с матерью сподобились только на тебя. Со второй женой у меня вообще ничего не получилось.
– Ты хочешь сказать…
– Это не я хочу сказать. Это говорит природа. А она неумолима: саяры как замкнутый этнос вырождаются. Нам уже давно нужна подпитка извне. Продолжив исследования, я обратил внимание, что именно кровь джугов наиболее удачно разбавляет нашу. Это показали и лабораторные исследования, и сама жизнь. Возьми джуга Бардадыма, которого вы так долго считали саяром и даже сделали его министром массовых зрелищ. У него жена саярка и восемь здоровых крепышей. Я тебе могу привести не один такой пример. В джугах есть какая-то сила, в которой мы нуждаемся.
– Ты должен назвать всех, кому вырезал на виске шрамы, – угрюмо сказал Баев.
– Повторяю, это были мальчики, я знал только имена. Да и те забыл. А если кого-то и помню, как Бардадыма, то не скажу. Чтобы вы их так же изрешетили пулями? Нет уж, я не желаю плодить сирот.