Насио поплотнее запахнул одеяло и закрыл глаза, мысленно представив отель «Серрадор», Мемориал и расстояние между ними. Медленно открыв глаза, он кивнул:
— Если ружье хорошее и оптический прицел тоже, это не проблема. И конечно, это зависит еще и от того, насколько открыта цель.
— Он будет открыт, — уверенно заявил Себастьян. — Или в машине, или у Мемориала. Не имеет значения, пристрелишь ты его в машине или во время церемонии. Только бы попал. Вопросы есть?
Насио подумал. Теперь, когда ему рассказали все детали, он, пожалуй, даже расслабился и ощутил себя в своей стихии.
— Да, имеются. Например, что я должен делать всю неделю до следующего вторника? Сидеть в номере?
Себастьян покачал головой.
— Нет, этого не требуется. Вы будете пользоваться номером, ты и Ирасема, вместе или порознь, как любая другая семейная пара. Будете оставлять следы нормального пребывания: пачкать раковину зубной пастой и оставлять на полочке бритвенные лезвия, бросать пижамы на кровать и носки на пол, чтобы их поднимала горничная. — Он перечислял эти детали почти механически, было ясно, что все это тщательно продумано. — Ирасема будет оставлять косметические салфетки со следами губной помады и все такое прочее. — Он наклонился вперед: — И каждое утро ты должен уходить из номера в восемь, до того, как коридорные начинают уборку, а возвращаться вечером, когда уже ушел дневной персонал. Другими словами, ты не должен привлекать к себе ни малейшего внимания, и в то же время не должно казаться, что ты его избегаешь. Ясно?
Насио кивнул, запоминая детали. Себастьян продолжил инструктаж:
— И не оставляй отпечатков пальцев.
Насио нахмурился:
— Как можно прожить неделю в отеле и не оставить отпечатков?
— Будешь носить перчатки. Резиновые хирургические перчатки. У меня приготовлено две пары. Как только вечером вошел в номер, тут же надел, а выходя снял. И не забудь каждый раз протирать ручку двери, когда берешься за нее. — Он довольно улыбнулся. — Я же сказал, что все хорошо продумано.
— Да уж… Хорошо, я буду носить перчатки. Не знаю как, но буду. И что же мне делать по вечерам, сидя в номере?
— Что хочешь, только не напивайся. Вообще-то, пока дело не закончено, лучше бы тебе совсем не пить. — Он пожал плечами. — Смотри телевизор, как другие, читай, слушай радио. Или играй в карты с Ирасемой…
Насио не смог удержаться от язвительного замечания:
— Это в перчатках-то?
— По крайней мере не сможешь жульничать, — сухо ответил Себастьян.
Теперь, когда Насио был вставлен в схему, он чувствовал себя свободнее и увереннее. И, конечно, меньше боялся своего напарника.
— Еще есть вопросы?
— А что мне делать днем? Приходить сюда?
— Ни в коем случае. Бери такси и поезжай на пляж, в ботанический сад или зоопарк, мы это обдумаем.
— Отлично, — холодно глянул на него Мендес. — Только когда будешь обдумывать, не забудь, что мое лицо помнит каждый полицейский в Рио.
— Да, но ты не будешь похож на себя, — невозмутимо ответил Себастьян. — Ты будешь похож на доктора Карабелло из Трес Риос, мужчину с пышными усами — я их уже приготовил, — постарше и повыше тебя, — так что держись прямее, — с полным лицом, которое легко сделать при помощи подушечек за щеками.
Насио с преувеличенным восхищением покачал головой:
— Да ты, похоже, обо всем подумал. Пожалуй, единственное, чего не хватает, так это пары очков от солнца…
Себастьян пропустил его сарказм мимо ушей:
— Вот уж что ты не будешь надевать, так это темные очки. Ты считаешься провинциальным врачом, а не американским туристом. Ты будешь носить очки в тонкой золотой оправе с простыми стеклами. И будешь выглядеть вполне респектабельно — на такого никакой полицейский не взглянет дважды. Ясно?
— Как скажешь. А Ирасема, моя любящая супруга, она тоже будет каждый день отправляться со мной на пляж или в зоопарк?
— Нет, — усмехнувшись, покачал головой Себастьян. — Кто это здесь, в Рио, берет с собой жену на пляж или куда-то еще? — Тут ему в голову пришла мысль. — И никого другого, никаких старых друзей и подружек. На это вполне хватит времени, когда будет сделано дело. И денег тоже.
— Это да, — почти лениво кивнул Насио. — Кстати о деньгах. Я полагаю, мне дадут аванс? И, учитывая конечную сумму, приличный.
Он произнес это небрежным, почти скучающим тоном, но Себастьян услышал сталь в его голосе.
— Тысячу конто.
— Пять тысяч, — поправил Насио и не спеша перешел к следующей проблеме: — Ну а ружье?
Мгновение казалось, что Себастьян начнет спорить по поводу денег, но он все же передумал: денег хватало, и деньги были не его.