И была рада, что история Мальчика - Маугли так ей помогла. И добавила одну маленькую общую тайну для нее и Лорда.
Двум разным народам нет особого резона постоянно и бессмысленно уничтожать друг друга. Волки и люди принадлежат к разным биологическим группам.
Не вступают в смешанные браки, не имеют общего потомства, детей, смешанной крови. И, занимаясь общей враждой, подготавливаясь к Войне, о других возможностях никто не думает. И путь родственного сближения двух рас, подобно тому, как всегда развивалась земная история, здесь невозможен от разницы биологической.
В местном фольклоре нет ни одного рассказа о случайной, пусть трагической любви, между оборотнями и людьми. Но волки замечательно легко приручаются, с удовольствием потом служат людям или сотрудничают с людьми...
Лорд первый узнал об этом, воспитывая и навсегда приручив к себе, сироту - волчонка. И это оказалось второй маленькой тайной, которая приближала женщину к Лорду.
Чувствуя заинтересованное внимание Повелителя, женщина рассказала, пусть сумбурно и сбивчиво, но до конца. Ее рассказ понравился Лорду. И стал началом новой мирной политики.
Уткнувшись носом в ноги, еле слышно и доверчиво посапывая, рядом спала надежда рода оборотней, малышка высокого ранга и положения, волчонок - оборотень, будущая Мать - Волчица...
Постоянно утесняемые болезнями, схожими с массовыми эпидемиями людей или животных, оборотни умирали легко. Относились к своей возможной смерти просто. И не встраивали в собственную жизнь клубок суеверных примет и поверий.
Болезни оборотней, - думала женщина, - так похожи на моровые поветрия. В прошлой человеческой истории обвальные болезни, подобные вспышкам чумы, моровой язвы, уничтожали города и опустошали целые страны. И уносили столько жизней до появления прививок, вакцин, антибиотиков.
Поэтому Старшие Матери оборотней так берегли сейчас девочку, сохраняющую в себе древнюю чистую породу Матерей Клана и превосходные охотничьи качества Старшего Вожака Стаи.
Девочка оставалась ребенком. И наплевать ей было на собственную сущность и важность. Ей хотелось играть. С новым и незнакомым существом, непонятным чужаком, незнакомым и увлекательно пахучим.
Осторожно поглаживая маленькую, доверчиво протянутую вперед пушистую лапку, женщина улыбнулась. За вечер малышка наигралась замечательно.
Сухо, резко и неожиданно, со звуком дальнего выстрела взорвался уголек головешки догорающего костра. Женщина вздрогнула, очнулась от глубокой задумчивости, протерла глаза, зевнула, растерянно улыбнулась.
Невозможныйна Планете звук выстрела не приближал ее, ни на метр, к родной Земле. Скорее тревожил. Она прислушалась, ожидая повторения непонятных звуков.
Затем нашла причину, поняла истину, что это только треснуло горящее полено и успокоилась...
Ночь почти закончилась.
- Еще одна ночь без сна. - Думала женщина. Вокруг было тихо. Даже листва не шуршала на деревьях в лесу, застыла, ожидая ветерка.
- Маугли, подрос почти до взрослого волка. - Он неслышно лежал и спал у ведуньи за спиной. Иногда сопел носом. От резкого звука не проснулся. А, значит, опасности не было. Женщина осмотрелась вновь, совсем успокоилась...
Небо посерело, становясь туманным и предрассветным. Скоро звезды померкнут, исчезнут с небосклона, растворяясь в пепельно - сером, мягком свечении, которое здесь, на Планете заменяет восход.
Побелеет и прогнется внутрь край горизонта за дальним лесом. Ослепительной дугой высоковольтной сварки зажжется, разгораясь, горизонт и зальется ослепительным и белым пламенем.
Исчезнут стремительно и поспешно оттенки, полутона, переходы, те мягкие земные вещи, которые в часы перед закатом и рассветом, приближали природу Планеты к земному виду.
...И будили неясную тоску. Но это случится позже, когда рассветает достаточно. И краски леса, пусть на короткое время, но совпадут с ее земными воспоминаниями.
Сейчас женщина забывала о ломоте в усталых ногах. Сидела и наслаждалась чудом утреннего пробуждения Леса и минутами короткого затишья.
Девочка - оборотень развернулась во сне. Освободила от тяжести ноги своей старшей подруги, легла на колени Ффарфр тяжелой, но одновременно и легкой, невесомой, ласкающей все тело тяжестью, ощущением непонятным, любовным и возможным только с маленькими детьми.
Женщина осторожно погладила мягкую, еще детскую шерсть за ухом. Ребенок заурчал довольно и тихо. И не проснулся.