Клубились в ее душе разные мысли, захлестывали ее сознание разные эмоции: разочарование, ненависть, пустота потери и боль.
Лан бежал впереди, не оборачивался и вел быстро. Они подошли к дверям, за которыми начинались покои Лорда и Повелителя. К этому времени в ее голове четко сформированная сидела единственная мысль и определяла ее поведение и существование:
- Как жаль, что и себе, и всем вокруг, я всегда приношу только несчастья. Я не хочу ничего и не могу жить, наблюдая, как при столкновении с реальной жизнью, подобно хрупким лепесткам с цветов, легко рассыпаются мои мечты, планы, чувства, летят осколками, больно ранят меня самою. Я не могу житьвнутри ТАКОЙ БОЛИ!
Лан подошел к двери Лорда, приложил маленькую ладонь к темному гладкому камню - пластине на входной двери, сказал немного осипшим голосом.
- Она пришла. Я привел ее Повелитель.
- Мальчик не смотрел по сторонам, прятал лицо, отворачивался, кажется, он плакал.
- В его жизнь я принесла одни только несчастья, - подумала Фар и вошла в открытую дверь.
Обычный полумрак просторной и затемненной тяжелыми шторами комнаты не позволил ей сразу рассмотреть фигуру Лорда, который стоял спиной к ней, рядом с камином, с заложенными за спину руками.
Лорд размышлял о чем - то, перекатывался иногда с пяток на носки и напоминал большую, злую кошку.
Почувствовал ее взгляд, развернулся на носках, посмотрел вперед и пошел к ней. Сходство со злобным, опасным котом стало полным. Ффарфр стояла и смотрела. Лорд пересекал комнату и попал в полосу света, выпадающего в комнате из неплотно задернутых штор.
Женщина вздрогнула. Годы, ответственность и власть не пощадили ЕЕ ЛОРДА. Он постарел. Тонкие морщины потянулись от крыльев хорошо вылепленного, породистого носа к углам рта, презрительно и плотно поджались губы, прищурились глаза и превратили привлекательное мужское лицо в жестокую маску власти.
Повелитель подошел вплотную, стоял рядом, и она склонилась в ритуальном,заученном поклоне, проговорила начало приветствия, набор слов, заученный, разумом ее, чудачки, непереводимый.
- Рада видеть Вас, мой Лорд. – Обозначила приветствие фразой. Прямое значение слов стерлось и потерялось во времени от частого употреблении. Смысл фразы понимался без перевода, сохранялся, и говорил о верности и подчинении воина или ведьмака - Лорду...
...Довольно грубо приподнял ее Повелитель за локоть, встряхнул, обрывая начальное движение предписанного законом полупоклона - реверанса, и сказал:
Наверное, я должен был приказать убить тебя, Моя Леди (Была ли в его голосе насмешка или просто ненависть?) сразу, как только моя лошадь нашла тебя, в том, осеннем лесу. – Повелитель смотрел на нее, Повелитель гневался и разговаривал сейчас, скорее, с собою, чем с ней.
Повелитель стоял близко, его руки сжимали её предплечья и причиняли боль. Женщина не боялась. Стояла и говорила, смотрела прямо в яркие, светлые от боли и гнева глаза Лорда.
- Я послушна. И могу выполнить любое повеление. Должна ли я упасть на собственный меч? – Голова кружилась, и кружилась вокруг вся комната. И было безразличным любое выполнение любого желания Лорда. Она не могла вспомнить, было ли подобное ритуальное самоубийство здешним обычаем или существовало в другом мире, на далекой родной Земле?
И, кажется, она вновь что - то перепутала потому, что глаза Лорда расширились от удивления, его руки перестали давить ей плечи, мужчина отступил на шаг и немного недоуменно ее рассматривал, а его гнев успокаивался.
Подтолкнул, почти бросил, ее в старое кресло. Приблизился следом, проговорил.
- Или я должен был повелеть и изгнать тебя из Замка и принадлежащих нам земель? Я не сделал этого, и теперь должен буду дорого заплатить...
Лорд замолчал. Женщина молчала тоже и не понимала ничего. Обычаи этого мира оставались для нее и непонятными, и странными. Смотрела на Лорда: его темные волосы, что казались светлее от присыпавшей их серым пеплом ранней седины, узкий золотой обруч, перехвативший волосы, гладкий полированный камень в обруче, что опускался ниже середины лба и блестел гладкой, матовой, собстаенной темнотой.
Она не боялась любого решения Лорда, сидела и ждала продолжения. Лорд растер руками лицо, движения его были жестами очень усталого человека, сел рядом в стоящее чуть - чуть напротив второе кресло, вольно вытянул ноги и сказал:
- Мы потомки и остатки космической экспедиции, большой экспедиции, отправленной для исследования и начального заселения Новой Земли, если вдруг окажется, что Планета пригодна для жизни и заселения ее людьми и разумными. Мы исследовали, изучали. Мы все правильно делали.