Так размышляла она, следуя за молодым воиномк месту своего заключения. Перепутанными коридорами, наверх, в башню. Молодой воин, ее сторож и охранник, выполнял распоряжения Лорда точно, обращался с пленницей и бережно, и осторожно, старательно не причинял ей вреда. Смотрел настороженно. Был внимательным и собранным. Сторожил.
И второй охранник, такой же внимательный и осторожный, шел сзади, за спиной. Но роли это уже никакой не играло.
- Все равно убегу, - знала женщина про себя твердо, как знает стрела, выпущенная для полета к цели, что в ее короткой жизни остался один смысл, долететь...
- Нет, два желания: долететь и поразить цель. И нет в ее душе ни горечи, ни сожаления. – Женщина шла и знала, что страдала и переживала она напрасно. Последние слова Лорда - Обвинителя что - то сожгли в ее душе. И не нужно больше мучиться вопросом:
- Могу ли я? - задавать его себе или искать ответ у посторонних людей, ее окружающих. Она была должна сделать это...
Не отвлекалась больше ни на что, и ни на что другое не собиралась тратить силы и время.
Оглядела мельком комнату, определенную ей местом заточения, подошла к небольшому, узкому диванчику в углу около стены, легла и уснула, свернувшись под теплым пледом...
Глава четвертая. Побег.
Глава четвертая. ПОБЕГ.
Проснулась перед закатом. Перепутала его с восходом и испугалась, что проспала. Испуг помог окончательно проснуться.
Она вскочила и побежала к окну. Закаты в чужом мире мало похожи и на смену погоды на Земле, и на собственные, для всей планеты, в этих местах, восходы.
Большое оранжевое солнце готовилось упасть на горизонт, тревожило и обещало долгие сумерки, затем ночь.
Она посмотрела внимательно, вокруг своей темницы и поняла все. Отсюда легко не убежишь. Почувствовалаголод, усталость, боевую готовность и собранность, решила, что долгий сон и освежил, и взбодрил, обрадовалась, что не проспала события и может еще попробовать и вмешаться в них.
- Стена неприступна, - нахмурилась и поняла она, рассматривая с высоты гладкую стену. И с высоты стены, потом с вышины башни рассматривала узость улиц и дома́ поселения, размером с детские кубики и спичечные коробки, что неплотным кольцом окружали Замок.
- Взлететь отсюда, я могу. – Она хмурилась, щурила глаза, смахивала непрошенные слезы. - Приземлиться, нет. Но мой последний полет подождет...
...Сначала я должна…
- Она отошла в глубину комнаты, подумала, осмотрелась. Ее окружала обычная, общая для помещений, в которых долго никто не живет, обстановка наполовину пустой, беспорядочно обставленной комнаты.
Диван, стол, стул. В глубине комнаты стояло еще одно спальное ложе. Она подошла к окну еще раз, обдумывала возможности своего побега, на середине пути остановилась, стала вспоминать.
Лорд приказал охране беречь, сохранять и охранять ее. В его речи было несколько общих фраз.
- И ни один волос пусть не упадет с ее головы. - Охранники знают об этом. Лорд не сказал охранникам, - опасайтесь ее. Она обучена для драки, войны, боевой схватки и может причинить вред.
Сторожа не знают об этом. И не боятся, и не опасаются ее. Она не может, конечно же, голыми руками справиться с воином в тяжелом, защитном, боевом снаряжении. Но может она очень и очень многое.
Заключенная подошла к двери и постучалась, требовательно и настойчиво. Дверь отворилась почти сразу.
- Следят. - Поняла Фар. -Охраняют. Молодой воин смотрел на нее вопросительно.
- Лорд называл при мне имя моегь охранника и произнес его, как «Сон». Кажется, я не путаю, и короткое, домашнее и подчинительное имя этого мальчика звучит так. – Вспомнила женщина и сказала тоном возможно более повелительным.
- Я голодна. Лорд не приказывал оставлять меня без пищи. Ты должен принести мне обед. Большой и хороший обед, Сон.
Молодой воин склонил голову в почтительном и смущенном поклоне, сказал торопливой скороговоркой:
- Я сделаю это немедленно, с Вашего разрешения, Госпожа. - И взглядом попросил ее разрешения удалиться.
Женщина кивнула, разрешая, в ответ и внимательно выслушала шорохи закрывающейся двери, звон замка, лязг ключей, подсчитала количество замков, также и характеристики замков на входной двери, послушала торопливые и удаляющиеся шаги ее сторожа - посыльного.
Поняла, что сидит не в тюрьме или в помещении специальном, оборудованном для тюрьмы, решила, что сбежать из обычной башни, вспоминая свой путь через коридоры, получится легче и вернулась к окну.
- А должна ли я, останавливая надвигающуюся Большую Войну, убить сейчас этого мальчика, который по возрасту годится мне в сыновья и выглядит чуть взрослее моего старшего ребенка? И смогу ли я сделать это?
- Решала ведунья Ффарфр, в то время как ее руки действовали и жили самостоятельно.
Распутывали кожаный ремень шнуровки ворота, проверяли его прочность. Глаза рассматривали узкий карниз рядом с балконом, что вел до колонн и терялся между них.