Но я все ещё не спешил.
Скрытным жестом я активировал простое, но весьма полезное заклинание — позволяющее долго не дышать под водой.
Её глаза едва заметно округлились, но прежде чем она успела что-то сказать, я закинул её ноги себе на плечи, поцеловал внутреннюю сторону бедра и с лёгкой улыбкой нырнул.
Вода обволокла меня теплым шелком, и передо мной раскинулась её гарячее, так жаждущее моих поцелуем лоно.
Я уже ощущал, как она подалась вперёд, как дрогнули её бёдра в предвкушении — и не стал дразнить слишком долго.
Едва коснулся кончиком языка её клитора — пробуя, дразня, как изысканное лакомство. И почти сразу почувствовал, как её тело отозвалось: напряжение в бёдрах, судорожный вздох, глухой, едва различимый под водой стон.
Я продолжал — медленно, тщательно, выверенно. Кончиком языка водил вокруг горошины ее клитора, нажимал, скользил, пока она не начала буквально дрожать подо мной. В это же время ввёл пальцы внутрь, ощущая жар ее лона, находя чувствительные точки, играя с ней, будто изучал заново, чувствуя каждый её отклик.
Она не могла больше сдерживаться — я почувствовал, как её пальцы вцепились в мои волосы, крепко, почти болезненно. Её бёдра дрожали, тело выгибалось, будто само искало разрядку в моих движениях.
Я добавил ритм. Больше, сильнее, глубже.
Она была жаркой, влажной и такой отзывчивой — стоило мне чуть изменить давление, как её пульсация усиливалась, сливаясь с моей собственной жаждой.
Когда я понял, что она на грани, я легко прикусил её клитор — не больно, но резко. И в этот момент она взорвалась.
Мышцы её лона сжались с такой силой, что мои пальцы чуть не вытолкнуло наружу. Она выгнулась, будто изнутри её пронзила молния. Её крик прорвался сквозь толщу воды, дикий, свободный. Она не стонала — она кричала.
Но не вынырнул сразу. Хотел дать ей прожить это до конца. Хотел чувствовать, как её тело пульсирует в моих ладонях. А потом — медленно поднялся, вдохнув воздух, и увидел её лицо. Закрытые глаза, приоткрытые губы, дрожащее дыхание. Такая красивая. Такая настоящая.
Она медленно приоткрыла глаза. В её затуманенном взгляде смешались нежность и медленно затухающий огонь оргазма.
— Ты… — хрипло прошептала она. — Ты сумасшедший. Но если бы ты только знал, как я люблю тебя.
— Знаю, — ответил я, склоняясь ближе, чтобы едва коснуться её губ.
В ответ она обвила меня руками за шею и прижалась крепче. В этом порывистом, коротком движении она словно говорила: хочу тебя ещё… мне мало… всегда будет мало тебя.
Я не сдержал улыбки.
С глухим рыком, не давая ей отстраниться, подхватил её и вновь перевернул — так, что она оказалась ко мне спиной.
Она упёрлась руками в бортик купальни, чуть прогнувшись в спине, и легко, игриво подалась назад.
Её упругая попка коснулась моего члена. Это движение было вызывающим, томным, полным желания.
Я зарычал — тихо, глухо — и провёл ладонью по её спине.
Кожа под моей рукой была горячей, влажной, и покрывалась мурашками от каждого прикосновения. Я скользнул ниже, вдоль изгибов её тела, наслаждаясь каждым её вдохом, каждым сдавленным стоном. Обвёл ладонями её бёдра, медленно провёл вверх, добираясь до груди. Её соски были напряжёнными, чувствительными — она вздрогнула, когда я легко сжал их пальцами, поиграл, надавил чуть сильнее.
Она застонала — сдержанно, но не в силах скрыть удовольствие.
Тогда я опустил руки ниже, к её животу. Почувствовал, как он дрожит под пальцами, как её дыхание сбивается, как всё её тело ждёт, просит…
Я знал, что она готова. Но мне хотелось ещё немного продлить это томление.
Я опустился еще ниже, занурился пальцами в мягкие, курчавые волоски на ее лобке, чуть потянул пальцами, медленно, почти лениво, просто чтобы снова услышать её стон — дрожащий, низкий, вызывающий мурашки по коже.
Она выгнулась сильнее, подалась назад, с такой жадной готовностью, что я едва сдержался.
Я скользнул пальцами еще дальше — к её набухшему клитору, к влажным, горячим складочкам, изнывающим от желания. Провёл по ним пальцами, легко, почти дразняще, и её тело тут же откликнулось — вся она словно вздрогнула, сжалась, прильнула ко мне, умоляя о продолжении каждым своим движением.
Моя ненасытная, горячая девочка... Я не просто хотел её — я жаждал.
Она уже не скользила — насаживалась на мои пальцы с такой силой, будто сама пыталась вытянуть из меня всё до капли. Я больше не мог сдерживаться.
Зная, что она всё ещё не отошла от своего оргазма, что её тело горит, пульсирует, просит... я вошёл в неё резко, глубоко, сразу до упора.