— Будь очень осторожен, — сказал Алан, когда все остальные ушли в столовую и они с Эдваном остались вдвоём на площадке.
— В чем? — не понял его Эдван. Крайне серьёзное выражение лица друга его насторожило.
— Во всём, — коротко ответил блондин и, закусив губу так, словно ему приходилось переступать через себя, продолжил, — ты слышал их разговоры. Зависть… может толкнуть на ужасные вещи. Даже в академии.
— Зависть?! — глаза Эдвана расширились от удивления, — мне? Да… — он оборвался, не в силах подобрать слова, — да … да у вас же всё есть! Дом, семья… — перечислял он с дрожью в голосе…
— А ещё у них есть гордость и огромное самомнение, — резко оборвал его Алан на полуслове, — каждый в этой группе считает себя выше любого представителя маленьких кланов, не то, что простолюдина. Они — будущие члены Когтя и офицеры гарнизона. С зелёным сосудом. А ты мало того, что простолюдин с желтым, так ещё и втаптываешь их таланты в землю без задней мысли…
— Но ведь Лиза тоже…
— Лиза, — фыркнул Алан, — ты забыл, из какой она семьи? Это естественно!
— Я не понимаю, — сказал Эдван, — но я постараюсь быть осторожнее… в чём бы то ни было.
— Не ввязывайся в перепалки, даже если очень захочется ответить. Лучше смолчать, но… но быть в порядке. И… крепо запирай дверь ночью, — тихо сказал Алан. Его рука при этом непроизвольно потянулась к груди.
— Я постараюсь… — пробормотал Эдван, — обещаю.
Алан улыбнулся и больше не поднимал эту тему, а Эдван не стал расспрашивать дальше. Предостережения друга он воспринял довольно серьёзно, хоть и не знал, какая опасность может ему грозить внутри стен академии. Не будут же его убивать здесь, верно? К тому же… ни с кем, кроме своих друзей из группы он так и не познакомился, да и общаться с теми, кто смотрит на него так, словно он вылез из выгребной ямы, желания у Эдвана не возникало. Ещё немного поразмыслив над словами друга, он предложил Алану пройтись до столовой, но тот, впервые за две недели, отказался. Идти туда в одиночку Эдвану не хотелось, поэтому парни остались на площадке, в ожидании второго гонга.
По окончанию перерыва мастер Ганн устроил своим подопечным коротенькую медитацию и целый час непрерывных физических упражнений, в этот раз без бега, после которого на ногах вновь остались только Лиза и Эдван, но вот их состояние было… мягко говоря, немного пугающим. Оба дрожали, словно тростинки на ветру и дышали так тяжело и хрипло, что казалось ещё чуть-чуть, и выплюнут лёгкие. А всё потому, что во время тренировки Эдван случайно засмотрелся на девушку и между ними началось своеобразное молчаливое соревнование на выносливость… и никто не хотел проигрывать.
— А ты… неплохо… держишься, — выдавила девушка, плюхнувшись на землю.
— Ты… тоже… — ответил Эдван, держась за сердце.
— Ничья, — посмеиваясь, объявила Лиза и растянулась на земле, широко раскинув руки.
Эдван промолчал и, сделав глубокий вдох, закрыл глаза и начал приводить тело в порядок атрой. Парень поймал себя на мысли, что за последнюю неделю он всё чаще и чаще начал засматриваться на Лизу, особенно во время тренировок. Как она бегает, отжимается, как встряхивает мокрыми волосами и растягивает усталые мышцы. Не только тело Эдвана претерпело серьёзные изменения за время тренировок. Она была всё ещё довольно худой, без ярко выраженной груди или бёдер, но теперь на них появился хотя бы намёк. Да и назвать её хрупкой язык больше не поворачивался. Маленькая, но не хрупкая.
Пока Эдван пытался привсти в порядок дыхание и копался в собственных мыслях о сопернице, ученики расселись перед Мастером Ганном на земле. Лёгким покашливанием учитель привлёк внимание Лизы и Эдвана, заставляя их вернуться ко всем остальным и внимательно слушать то, что он сейчас собирается сказать.
— Поздравляю всех, — холодно и почти безэмоционально сказал мужчина, оглядев толпу, — все вы сумели сделать шаг, что навеки отделил вас от обычных людей. Но не обольщайтесь, в силе… вы ничтожны. Вам предстоит долгий путь, но отныне вы пойдёте по нему сами. Разумеется, не без моей поддержки. Следующее наше занятие будет через три дня на первой площадке. В промежутках советую посетить уроки других уважаемых учителей, список у главного корпуса, — мастер Ганн холодно оглядел притихших учеников и ухмыльнулся, — не позорьте меня перед ними.
Не оставив времени на вопросы, мужчина покинул тренировочную площадку. Эдвана эта новость попросту вышибла из колеи, он так и сидел несколько минут, глупо пялясь в ту точку, где недавно стоял мастер Ганн, пока вдруг не понял, что все остальные ученики почему-то не особо удивлены.