Эдван вздохнул. По спине парня пробежал холодок, заставляя его поёжиться. Насколько же опасным должен быть враг, способный отпугнуть остатки солдат Когтя? Тех, кто сумел вернуться и принести тела мёртвых товарещей…
“Может, это просто моё воображение и на трофеи попросту не было места? Всё-таки, тащили многих…”- подумал он и, вздохнув, отбросил эту мысль. Как бы он не хотел в неё верить, готовиться стоило к худшему.
— Ужасно… — пробормотал солдат, который в самом начале церемонии отвесил парню подзатыльник.
— Да… столько погибших… — прошептал Эдван.
— И ни одного тела наших. Только эти проклятые статуэтки… — мужчина тяжело вздохнул и утёр нос рукавом.
— Сколько вернулось? — тихо, еле слышно спросил парень.
— Семеро.
— … что? — хрипло переспросил Эдван в ошеломлении.
— Ты слышал, — так же тихо ответил солдат.
Парень вновь повернулся к огню, совершенно по-новому взглянув на масштаб трагедии. Лиза сказала, в поход отправилась треть Когтя кланов и треть всего гарнизона города, а вернулось… лишь семь человек. Тревога глубоко внутри него мгновенно возросла. Все подозрения, которые он старательно отметал ещё минуту назад, уже не казались столь бредовыми…
— И никого из гарнизона… — поражённо вздохнул парень.
— Как всегда, — тихо, с толикой злобы в голосе выплюнул солдат и, опасливо покосившись на Эдвана, фыркнул и отвернулся.
“Как всегда?!” — переспросил парень у себя в голове. Получается, что такое происходит уже не впервые, или… верно. Горько про себя усмехнувшись, юноша поджал губы. Траурный рог звучал не для простых воинов, вовсе нет. Смерть бойцов из Когтя — вот что повергло в настоящий шок большинство присутствующих, и для них устроили это прощание. На площади Основателей, самим главой города. Глубоко вздохнув, Эдван с трудом сдержался, чтобы не поморщиться. На какой-то миг он почувствовал себя очень гадко, словно в чём-то испачкался…
— И… часто такое бывает? — шёпотом спросил парень у солдата. Голос его слегка дрогнул.
— А ты не знаешь? — удивился мужчина. В глазах сурового воина стояли слёзы, — сильных врагов Коготь всегда ловит на живца, иначе твари просто не покажутся… — голос его чуть дрогнул, — чуят…
— Да, — прохрипел солдат рядом с ним, крепко стиснув кулаки. Его лицо было бледным, а сам мужчина, казалось, переживает не лучшие воспоминания, — если выпала охота с когтем, молись Творцу, чтоб в живых остаться…
— Это… ужасно… — прошептал Эдван, вновь повернувшись к костру. “На живца”, - мысленно повторил себе юноша и вдруг замер, словно громом поражённый.
Сердце парня упало. “Вчера Коготь вернулся… перебили стаю обезьян” — пронеслись в голове юноши слова горбуна, сказанные незадолго после пробуждения. Руки юноши задрожали, он закрыл лицо ладонями, вцепился пальцами в кожу и согнулся, чтобы никто не увидел его посеревшее лицо. Плечи дрожали, он бился в немой истерике, еле-еле сдерживая рвущийся наружу яростный вопль. Воздух рядом с ним начал дрожать, атра бесилась, заставляя три кольца на сосуде души пульсировать.
— Эй, ты в порядке? — обеспокоенно спросил солдат.
— Да… — хрипло выговорил юноша.
“На живца….на живца…на живца… на еб***ого живца!” — одна и та же мысль повторялась в его голове снова и снова, и с каждым её повтором в душе паренька всё ярче и ярче разгоралось пламя ненависти.
Эдван больше не контролировал себя. Его лицо перекосило, а полубезумный взгляд был направлен куда-то в пустоту, сквозь людей и огонь. И никто из солдат не заметил в поведении парня ничего странного, ведь сегодня был день великой трагедии и ничего удивительного в этом для них не было. Напряжение достигло критической точки, как в то самое утро, и парнишка издал нервный, полубезумный смешок.
— На живца… — прошептал он и бросил полный ненависти взгляд на статую основателей, а затем и на трёх их потомков. Пламя злобы в его душе потухло, сменившись ледяной яростью.
Пустота. Холодная, безжизненная… на какой-то миг он почувствовал её в своей груди так чётко и ясно, словно кто-то оставил там сквозную дыру, которую нельзя было ничем заполнить. Парень схватился рукой за грудь, впиваясь ногтями глубоко в кожу, но эта слабая телесная боль не могла даже чуть-чуть сравниться с той, которую испытывало сейчас его сердце.