Но Страж мысленно отмахнулся от своего товарища. Господин Вит приказал следить за девочкой. Если ей станет плохо, они первые получат выговор. Он ещё немного приблизился.
— Размари? — вспомнил мужчина её имя. — Что с тобой?
— Таблетки, — еле выдавила она тихим, дрожащим голосом. — Кажется в пузыре эриний... Мне нужны мои таблетки.
Страж недовольно поджал губы и нахмурился. Растус запретил давать Размари Ганзол таблетки, опасаясь, что она начнёт свободно разгуливать по замку. Да, она была ребёнком, но официально находилась под стражей. Однако он оставил её лекарства охранникам на случай непредвиденной ситуации.
Мужчина щёлкнул пальцами, и комнату залил свет. Её вид привёл его в лёгкую панику. Девочка вся побледнела, взмокла и дрожала как осиновый лист, обнимая саму себя руками. Либо ей действительно было очень худо, либо она была потрясающей актрисой. Он в панике достал из кармана небольшой бутылёк. Ещё пара шагов, и он оказался в пузыре.
— Держи, — сказал Страж, вытягивая руку с лекарством так, словно перед ним был не ребёнок, а змея.
— Извините, — тихо пробормотала Размари.
— Да ничего стра... — не успел ответить мужчина.
Девочка рванула вперёд и схватила его руку чуть выше запястья. Кожу обожгло как от прикосновения раскалённого железа, но Страж не успел даже вскрикнуть. Через мгновение он покачнулся и чуть не упал прямо на девочку. Та, к счастью, успела отскочить. Её тут же скрутило от боли во всём теле. Размари согнулась в три погибели и застонала.
«Видимо эриний сначала перетекает в тело, а потом уже становится эридием, — подумала она. — Для меня это будет болезненная процедура.»
Она сжала кулаки и тряхнула головой.
— Помогите! — заверещала Размари, беря себя руки. — Тут человеку плохо! Помогите!
В комнату ворвался второй охранник – тот, который не хотел помогать девочке. У него оказалось миловидное, почти детское лицо, сильно контрастировавшее с его поведением.
— Что ты сделала, мелкая ведьма? — зашипел он, увидев на полу товарища.
— Ничего! Клянусь, ничего! — крикнула Размари, чуть не плача. — Пожалуйста, позовите врача!
Мужчина злобно оскалился. Девочка боязливо поёжилась и отошла чуть назад.
— О, я уже вызвал врача! — угрожающе заявил он. — И ещё пару Стражей вместе с ними! Впрочем, они не успеют дойти...
Он двинулся вперёд, заставив Размари рвануть к стене. Впрочем, дальше бежать было некуда.
— Нельзя бить детей! — воззвала она к его совести.
— Плохих детей просто необходимо иногда наказывать, — возразил он, одной рукой хватая девочку за плечо, а другую занося для удара.
Но сделать он ничего не успел, так как уже через секунду валялся на полу рядом со своим коллегой. Размари скривилась от мгновенной боли и брезгливо поморщилась, тут же сбрасывая маску страха. Она небрежно отряхнула плечо, на котором только что находились пальцы жестокого Стража и надменно заявила:
— А вот перед тобой, дорогуша, я извиняться не стану!
И в доказательство она пнула его в живот. Девочка кинула ещё один извиняющий взгляд на тело мужчины, который хотел ей помочь и аккуратно через него перешагнула.
Размари привычно замерла перед стеной пузыря, решительно вдохнула и шагнула вперёд. Кожа неприятно занемела, но коркой не покрылась. Девочка недовольно цокнула: видимо концентрация эриния в замке была такой высокой, что эридий не успевал подавлять его весь.
— Значит нужно больше эридия, — сказала она, и звук собственного голоса придал ей уверенности.
Снаружи послышались торопливые шаги. Размари настороженно нахмурилась: врачи или Стражи? Она тут же упала на колени, скорчилась, как от нестерпимой боли, и зарыдала, громко зовя на помощь.
В комнату вбежали два человека. Девочка не подняла на них взгляда, склоняясь над землёй, а потому не смогла определить, кто именно это был. В её поле зрения попали только четыре мужских ноги. Ожидаемо, в первую очередь пришедшие кинулись к ребёнку и через мгновение тоже лежали на полу, опустошённые. Размари снова захрипела и закашлялась – на сей раз по-настоящему. Зацепившись за край письменного стола, стоявшего рядом, девочка потянулась наверх, пытаясь встать. Справившись с этой задачей, она тряхнула головой и влепила себе пощёчину.
— Простите, — виновато сказала девочка, осматривая пострадавших: оказалось, что Страж и врач пришли одновременно.
Она прощально помахала им рукой, словно они могли сейчас это увидеть и выглянула из комнаты. Яркий свет замкового коридора неприятно резанул по глазам.
«Сейчас же ночь... Зачем вообще тратить эриний на освещение?» —мелькнула у неё в голове мысль.