— Ну, теперь можно так не сдерживаться!
***
Размари успела услышать лишь конец разговора между Меральдой и Валенсом. Спрятавшись за углом, девочка зажимала рот ладошкой и дрожала от ужаса. Вдова собирается убить Кейлани. И её совершенно никто не может остановить. Растус, может, и сумел быть, но ведь он...
У девочки опять занемели ладошки. Местами на коже проступила знакомая корка. Размари накрыла ещё одна волна страха. Они находились в темнице, где все стены были набиты мёртвой пылью, но от Меральды всё равно исходило такое чудовищное количество эриния, что ей снова стало плохо.
Белая Вдова двинулась в сторону выхода из подземелья. Девочка нырнула в тень и скользнула за ней. Размари слабо представляла, что она сможет сделать Палачу, но и стоять в стороне она не могла. Они с Меральдой преодолели несколько коридоров перед тем, как та внезапно замерла. Девушка хихикнула, заставив тень девочки задрожать.
— Выходи! — приказала она. — Я давно заметила, что ты следишь.
Размари замерла, слабо веря, что слова адресованы не ей. Меральда повернулась прямо к ней, и медовые глаза опасно блеснули в темноте.
— Я всё равно тебя достану, — ласковым тоном сказала девушка. — Не прячься! Я не кусаюсь!
Глубоко вздохнув, девочка вышла из своего укрытия. Она старалась выглядеть спокойной, но дрожь в руках выдавала её страх.
— Здравствуй, милашка, — приветливо кивнула Белая Вдова. — Значит, ты тоже носитель эридия?
Меральда сделала шаг к ней, заставив девочку чуть отступить. Девушка театрально прикрыла рот рукой, словно испуг Размари её удивил. Девочка почувствовала, как всё новые участки её кожи покрываются коркой. Ещё чуть-чуть, и она совсем потеряет возможность двигаться.
«Если ей нужно убить Валенса, значит нужно отправить на тот свет не только Кейлани, но ещё и меня,» — подумала она, и, собирая в кулак последние силы, рванула в глубины замковой темницы.
Меральда улыбнулась ещё шире, явно довольная предстоящей игрой, и неторопливо отправилась за ней.
Бежать было больно. Деревянные, окостеневшие ноги плохо слушались, а ушибленная недавно спина ныла. Но Размари не останавливалась. Сдаться сейчас – означало умереть.
В некоторых камерах, проносившихся мимо неё, девочка крайним глазом замечала заключённых. Вокруг решёток, перегораживающих им путь к свободе, не было ледяных цветов, но пленники всё равно к ним не приближались, боязливо вжимаясь в стену. Словно чувствовали, что по коридорам тюрьмы идёт сама смерть в белых одеяниях – Палач. Размари почти не сбавляла темпа, удаляясь всё глубже и глубже в подземелья замка, но всякий раз, когда она оборачивалась, она видела Меральду. Не важно было, как быстро бежала Размари – Белая Вдова всё равно шла по пятам. Не ускоряя шага, не предавая царственную походку, она не отставала. И от этого девочке становилось ещё страшнее.
Размари постоянно следила за руками, наблюдая изменения на коже. К счастью, чем дальше она отдалялась от входа в подземелье, тем меньше на ней было корки.
«Рано или поздно эти катакомбы закончатся. И что тогда?» — мимолётно подумала девочка.
— Размари! — ласково позвала Меральда, и её голос холодным эхом ударил по сердцу. — Ты не устала, малышка Размари? Сколько можно бежать? Подойди ко мне!
«Ага, сейчас!» — мысленно возразила ей девочка и припустила ещё быстрее. Она с удовольствием отметила, что ноги уже прекрасно её слушаются. А вот сказать того же о своей спине она не могла: боль становилась почти невыносимой.
Впрочем, её побег неожиданно подошёл к концу – перед лицом девочки выросла стена. Бежать дальше было некуда.
Корка с ладоней полностью спала и даже онемения больше не было. Эриний сюда не проникал совсем. Именно из-за этого Размари, не успевшая вовремя оглядеться, не заметила, как Меральда оказалась к ней совсем близко.
— Эриний мог позволить убить тебя быстро, — с явным сожалением сказала девушка. — Но раз уж он заснул в этих стенах, мне придётся прибегнуть к более варварским методам...
Одной рукой она вытащила откуда-то из-за пояса длинный изящный кинжал, а другой вцепилась Размари в горло, прижимая её к стене. Её пальцы тут же обожгло, и она на секунду отпрянула. Впрочем, в отличие от Растуса, после первого прикосновения она не почувствовала ни головокружения, ни даже лёгкого недомогания, чего нельзя было сказать о Размари, которой от малой доли эриния Вдовы сразу стало дурно. Меральда лишь разозлилась, теряя всю свою напускную доброжелательность.
— Ах ты белая поганка! — зашипела она, замахиваясь кинжалом.
Девочка вильнула в сторону, но не смогла полностью уклониться от удара – лезвие задело её плечо. Размари слегка вскрикнула и сумела вцепиться в предплечье Меральды, временно лишая её возможности пользоваться оружием и снова присасываясь к эринию.