Размари подняла на Валенса виноватый взгляд. Он это заметил, но не успел спросить, что с ней.
Девочка подняла руку ко рту и быстро проглотила этот шарик.
Парень закрыл нижнюю часть лица руками.
— Ты... Ты... — только и мог сказать он.
— Извини... — Она отвела глаза. — Это был не мел, а моя таблетка от аллергии.
Валенс судорожно хватал воздух, пытаясь восстановить дыхание.
— Ты с ума сошла? — наконец выдавил он.
— Ты был бы против!
— Разумеется я был бы против!
Он требовательно протянул руку вперёд.
— Плюй!
— Как ты себе это представляешь? Я уже её проглотила, — возразила Размари.
— Значит надо вызвать рвоту! — заявил Валенс.
— Не буду я ничего вызывать!
Она отошла в самый дальний угол пузыря, села на пол в позу лотоса и демонстративно скрестила руки на груди.
У Валенса закружилась голова, и он присел на диван, не отводя взгляд от девочки. Кажется, она чувствовала себя нормально, но надолго ли это?
Прошло минут пятнадцать, и, не двигавшаяся всё это время Размари, неожиданно поднялась и вернулась на прежнее место. Парень настороженно привстал. Ну, что на этот раз?
— Валенс, я заранее перед тобой извиняюсь! — заявила она и, театрально раскинув руки в разные стороны, шагнула в опасную для неё атмосферу.
Он уже не удивился и даже не испугался. Его накрыло всепоглощающее чувство безысходности. Не пихать же её силой в пузырь.
— Может вернёшься обратно? — почти жалобно спросил он.
— Зачем? Я вполне...
Договорить она не успела. У девочки занемел язык. Странная ледяная корка пробежалась по коже, лишила возможности двигать руками и ногами. Девочка нечленораздельно замычала и начала падать. К счастью, Валенс быстро сообразил, подхватил её, втащил в пузырь, силой открыл рот и засунул в него таблетку.
— Давай! Глотай! — зарычал он. — Я знаю, что сложно, но ты должна проглотить.
Она медленно моргнула, словно ей было тяжело, а затем, сделав над собой усилие, всё-таки отправила таблетку в желудок.
— Молодец! — кивнул Валенс и погладил её по голове.
Она ничего не сказала. Наверное, у неё уже не было сил. Вместо этого она закрыла глаза и, кажется, уснула. Парень проверил её пульс. Сердцебиение было в норме, и он облегчённо выдохнул.
— Эридий, в этой квартире есть хоть кто-то адекватный? — возмущённо прошипел он себе под нос.
Кейлани, вернувшаяся вечером с работы, обнаружила Валенса и Размари на полу. Парень сидел, а девочка держала голову на его ногах, не в состоянии встать. Корочка с её тела почти спала, но шевелиться всё ещё было трудно.
Валенс кратко рассказал о том, что произошло, а также об их экспериментах с эридием. Она отчаянно старалась держать себя в руках, дабы предотвратить попытку убийства. Однако у неё не вышло. К счастью для парня, под рукой у неё оказалась только книга в мягкой обложке, поэтому тяжёлых травм он не получил. Валенс даже не пытался уворачиваться. Во-первых, он всё ещё сидел на полу, подставив ногу под голову Размари, чтобы ей было удобнее. Во-вторых, он действительно чувствовал себя виноватым.
— Не ругайся на него, — еле шевеля языком, вяло сказала младшая сестра. — Это я виновата!
— Разумеется ты тоже виновата! — зашипела Кейлани. — Просто тебя уже жизнь наказала!
Размари закрыла глаза, пытаясь не смотреть на девушку.
Та строго взглянула на Валенса. Парень втянул голову в плечи.
— Никаких больше экспериментов! — жёстко сказала она.
Тот только кивнул в ответ.
Они дали девочке ещё одну таблетку, общими силами перетащили её в пузырь в другой комнате и уложили на кровать. Единственное, чего не понимала Кейлани, так это того, почему Валенс не сделал этого раньше.
— Я боялся, что, если вынести её из пузыря, её состояние ухудшится, — ответил он на немой вопрос девушки. — Я ведь не знаю толком, как эти таблетки работают...
— И тем не менее, ты согласился на эксперимент! — упрекнула его она.
Объяснять Кейлани, что Размари некоторые вещи делала без его ведома, было бесполезно.
— Я виноват, — кивнул он.
Девушка нахмурилась и отвернулась. Ей было сложно ругаться на человека, который во всём с ней соглашается и большую часть времени ведёт себя как собака. К тому же, его переживания были видны невооружённым глазом, а это могло закончиться очередной детской истерикой с его стороны. Скверное чувство накрыло с головой.
— Я тоже виновата, — признала она. — Извини, что накричала. Я сама иногда не способна за ней уследить.
Парень миролюбиво улыбнулся, но словно чувствуя напряжённую атмосферу, повисшую в доме, тихо смылся на свою охоту.
Кейлани перетащила из своей комнаты одеяло и подушки в гостиную и разложила их на полу. После небольшого нервного срыва Валенса в её комнате царила такая жуткая атмосфера, что спать там, казалось, невозможно. К тому же, у неё дико болела поясница, а сон на твёрдом полу мог немного уменьшить дискомфорт.