Через несколько часов на улицу стали выходить люди. Слышались крики, плачь, громкие неприличные ругательства. Парень не выходил к ним. Он словно стал очень маленьким и слабым, – лежал на полу свернувшись калачиком и бездумно смотрел в пустоту. Вскоре из окна послышался голос его отца, – глава деревни вышел на улицу, чтобы попытаться узнать, что случилось и как-то успокоить народ.
Валенс узнал особые нотки в его голосе – нотки страха. Однако сложилось впечатление, что он не удивлён, словно ожидал того, что произойдёт.
Надежда завяла так же быстро, как и осенняя природа. Урожай прошлого года быстро закончился и наступили голода. Несколько раз люди предпринимали попытку позвать на помощь. Небольшие группы уходили из деревни в сторону городов, но никто из них не возвращался: то ли не доходили до пункта назначения, то ли умирали в пути. Однажды Валенс и сам предпринял попытку пойти, но уже на выходе из деревни его перехватили какие-то женщины и со слезами на глазах сообщили, что его отцу плохо и он срочно хочет видеть сына.
Аросса Арвэна скосила неизвестная болезнь. Его жена стояла рядом с его кроватью, как призрак, и не проявляла абсолютно никаких эмоций. Валенс не удивился. Матушка никогда не отличалась особой чувствительностью, предпочитая абсолютно всё держать в себе. Однако даже на её лице, при внимательном изучении, можно было уловить незримую печаль, непонятную незнакомцам. Отец лежал на кровати бледный, худой и со впалыми щеками – как никогда похожий на мертвеца, но живой.
— Он сказал, что хочет, чтобы ты выполнял его обязанности пока он... — Женщина осеклась, не договорив, но Валенс понял. Она не смотрела на него, словно если она оторвёт взгляд от мужа, он тут же перестанет дышать.
— Хорошо, — кивнул Валенс, а затем замялся. — Тебе нужна помощь?
Женщина вздрогнула от неожиданности, словно не ожидала этого вопроса, но на сына не посмотрела.
— Нет, — коротко ответила она. — Я в порядке.
С этого момента жители вцепились в него, как в единственное спасение. Любые попытки уйти из деревни заканчивались длинными истериками, протестами и даже однажды чуть не дошло до бунта. Словно мог он, находясь здесь, помочь этим несчастным людям.
— Валенс! — заплаканный Яков подбежал к парню, когда тот проверял охотничье снаряжение. Весь его вид излучал испуг. — Я не могу бабушку разбудить!
У того внутри всё похолодело, но он постарался сохранить спокойствие.
— Давно спит? — осторожно спросил парень. — Долго ты пытался её будить?
— Со вчерашнего утра, — пробурчал себе под нос Яков и громко всхлипнул.
Валенс не выдержал и грязно выругался, забыв, что рядом с ним ребёнок.
— Что ж ты молчал? Бежим скорее! — кричал он уже на ходу.
Но торопиться было некуда... Исхудавшая старушка лежала на матрасе, расположенном прямо на холодном полу, и уже не дышала. Её кожа остыла и побледнела, а тело начало коченеть. Яков стоял рядом с Валенсом и плакал.
— Что с ней? Когда она проснётся?
Парень посмотрел на мальчика и с трудом проглотил ком, подкативший к горлу.
— Я не знаю, — охрипшим голосом выдавил он очевидную ложь. — Беги скорее на улицу и передай кому-нибудь, кого там увидишь, чтобы нашли госпожу Берту и привели сюда. Скажи, что это мой приказ.
Ребёнок кивнул и кинулся прочь из комнаты. Валенс недолго смотрел ему вслед, но затем снова повернулся к трупу старушки. Ему стало противно от идеи, которая возникла в его голове, но она, как навязчивая муха, не хотела его покидать. Он достал из кармана небольшой нож и провёл остриём по её плечу. На лезвии осталось достаточное количество крови для его задумки.
— Извините, пожалуйста, — сказал он пожилой женщине с искренним раскаянием.
Валенс постарался равномерно распределить жидкость по острой части ножа, а затем поспешил удалиться из помещения. Пришедшая на зов госпожа Берта могла неправильно понять его намерения. Для начала он, крадучись так, чтобы его никто в деревне не заметил, добрался до своего дома. Вид человека с окровавленным ножом мог ввести в заблуждение кого-угодно.
В своей комнате он надел плотный плащ, полностью защищавший руки, и толстые перчатки, с которыми он обычно выдирал из земли кусты-великаны. Валенс не знал, понадобится ли ему подобное обмундирование, но решил подстраховаться.
Он вышел на улицу и двинулся в сторону леса. Проходя мимо дома Якова, он услышал голос госпожи Берты.
— Да, это уже четвёртая смерть на неделе... Пока что погибают только старики, но что дальше будет?