- Ловко вы это придумали - с ракетой, - Папа словно угадал его мысли и дал необходимое объяснение.
Летом прошлого года наведенная через спутник ракета в клочья разнесла старую шахту в горах Южной Африки. Там, в сотне километров от Йоханнесбурга, на месторождении, когда-то принадлежавшем мировому алмазному монополисту "Де Бирс", а теперь - Южноафриканской республике, его "черные копатели" рыли так настойчиво и жадно вглубь земли, что обнаружили в ее недрах нечто такое, что могло разом подорвать все устои христианской веры. У Де Анджелиса оставались связи как среди тех, кому позарез хотелось эти устои подорвать, так и среди тех, кто хотел их любой ценой сохранить. После не очень долгих размышлений он сделал ставку на последних. Он предложил им простой обмен - "демона зла из копий Мории" на свое возвращение к прежней жизни. Сделка состоялась. Благодаря точному попаданию ракеты, "демон зла" вернулся в глубины преисподней, а Де Анджелис - в Рим и оттуда в Брюссель. Выходит, в конце концов, не таким уж плохим он был коммерсантом.
- У нас появилась проблема, разрешения которой можно добиться столь радикальными методами? - осторожно поинтересовался он у понтифика.
- Пока до этого дело, Слава Богу, не дошло, - вздохнул Бенедикт, - и на первом этапе от вас требуется тщательно изучить обстоятельства дела и найти ответы на некоторые вопросы. Впрочем, если ситуация окажется действительно настолько серьезной, насколько она нам была представлена, не исключены любые, в том числе и самые кардинальные меры по ее разрешению.
- То есть вы мне даете карт-бланш? - в нарушение требований этикета Де Анджелис прямо-таки сверлил понтифика взглядом. Бенедикт отвел глаза и принялся тщательно перемешивать давно растворившийся сахар в своей чашке. "Все-таки южане плохо себя контролируют", - отметил Гюнтер и тихонько кашлянул, напоминая Его Святейшеству о собственном присутствии. Тот с благодарностью взглянул на верного камеренго, потом снова перевел взгляд на Де Анджелиса, который уже успел надеть подобающую случаю маску подобострастного безразличия.
- Гюнтер введет вас в курс дела и предоставит все необходимые инструкции, - деловито заметил Папа и, давая понять, что аудиенция окончена, протянул посетителю руку с "перстнем рыбака".
***
Гюнтер Хольцхауэр мог бы служить образцом идеальной немецкой машины - бесшумной и эффективной. Понапрасну не расходуя слова и отвечая исключительно на задаваемые ему вопросы, за несколько минут он сумел ввести Де Анджелиса в курс дела и обрисовать суть стоящей перед ним проблемы.
В Тибете имелся некий Артефакт сверхъестественной природы, который при попадании в недостойные руки мог изменить весь существующий миропорядок. В Америке находились эти самые "недостойные руки", олицетворяемые радикальным крылом саентологического движения. В Бразилии жил доселе известный лишь узкому кругу почитателей престарелый художник Ван Хох, который знал, где обретался Артефакт. Это было исходное уравнение, в котором в последние несколько месяцев стали резко меняться переменные. Во-первых, саентологии нашли бразильца, и он бросился искать от них спасения в Ватикане. Во-вторых, они все-таки до него добрались, поскольку не далее как позавчера "гид покойного опознал тело". А в-третьих, сектанты в конце концов могли добраться и до Артефакта.
- Из того, что вы мне рассказали, отец Гюнтер, следует, что сектанты уже начали поиски, - заметил Де Анджелис. - Полагаю, самым разумным будет позволить им найти Объект, а потом просто перехватить его...
- Это уже ваша забота. В этой папке вся имеющаяся у нас фактическая информация по делу, - камерарий передал ему не слишком объемный файл с распечатками и несколькими фотографиями.
- Мне потребуется доступ ко всем внутренним базам данных, а также помощь опытного хакера. - едва заметно улыбнулся Де Анджелис.
- Мы об этом уже подумали, - кивнул Хольцхауэр. - Вы получите высший уровень допуска, какой у вас был несколько лет назад, а ваш помощник уже ждет вас в приемной. Можете приступать к работе прямо сейчас - он проводит вас на ваше рабочее место...
Де Анджелис с удивлением взглянул на камеренго:
- А Брюссель? Мне нужно будет объяснить службе государственного секретаря мое вынужденное отсутствие.
- За вас это уже сделали, - снова кивнул Гюнтер. - Вас временно отозвали в Рим в связи с подготовкой к саммиту "Большой восьмерки" и аудиенции глав этой организации у Его Святейшества.
- Грамотное прикрытие, - снова едва заметно улыбнулся Де Анджелис и поднялся с места. - Это вы сами придумали?
- Сами, - ни один мускул не дрогнул на лице немца. - В ближайшее время нам может потребоваться ваше постоянное присутствие в Риме. Поэтому, во избежание повторения вашего досадного вчерашнего опоздания мы бы советовали вам пока вообще воздержаться от любых несогласованных с нами поездок, - уже заканчивая фразу, Хольцхауэр почувствовал на себе тяжелый взгляд собеседника, но это его ничуть не смутило. - Ввиду особой важности возложенной на вас миссии мы бы могли проигнорировать тот факт, что... - камерарий на секунду запнулся в поисках правильного слова, но тут же без единой эмоции продолжил, - что причина ваших возможных самовольных посещений Брюсселя на некоторое время переместится ближе к Риму.
Похоже, Хольцхауэр действительно очень хорошо ознакомился с его досье. В конце июня Габриэлла Бетанкур, с недавних пор - сотрудница информационной службы Еврокомиссии, должна была прилететь из Брюсселя в Рим. Официальным предлогом была, как ни странно, все та же подготовка к саммиту.
- Значит все-таки карт-бланш? - уже выходя из кабинета Хольцхауэра, Де Анджелис еще раз повторил свой вопрос и, не получив ответа, просто прикрыл за собой дверь. Она захлопнулась несколько громче, чем было предписано этикетом, и Гюнтер еще раз поморщился от мысли о том, как плохо южане владеют своими эмоциями.
- Доброе утро, монсиньор! - навстречу Де Анджелису поднялся высокий, немного сутулый молодой человек с длинными жесткими волосами, кое-как собранными в хвост. Туринец Гвидо Бальони, вольнонаемный аналитик и самый смышленый сотрудник из его прежней команды, почти не изменился за те три года, что они не виделись. - Welcome back. Мне велено проводить вас на ваше рабочее место.
Гвидо дружелюбно улыбался, но бывший шеф тут же почувствовал легкий подвох и в его тоне, и в немного плутоватом выражении лица. Уроженцы Пьемонта, столицей которого был город Турин, с давних пор не слишком хорошо ладили со своими соседями-ломбардцами, чья столица располагалась в Милане.
- Тогда уже покажи мне по дороге ту кофейню, куда вы любили отлучаться всем отделом в рабочее время. На аудиенции у Его Святейшества мне было как-то не до кофе, - Де Анджелис сообразил, что говорит не совсем то, что требуется в таких случаях, и быстро добавил. - Я, конечно, рад тебя видеть, Гвидо, но не понимаю, почему мне рекомендовали тебя как опытного хакера?
- А я профиль сменил, - хмыкнул тот, поправляя немного перекосившиеся очки с погнутой правой дужкой. - После вашего поспешного отъезда в Африку, нашу группу разогнали. "Балласт" сбросили, а меня как самого ценного сотрудника из аналитического управления Конгрегации перевели в департамент информационных технологий.
- Вот и проверим, чему тебя научили иезуиты, - кивнул Де Анджелис. Традиционно представители этого ордена занимались IT-поддержкой, обеспечивали безопасность сетей и курировали все киберпространство Святого Престола. - Ты, кстати, не собираешься вступить в их братство?
- Я бы вступил - из карьерных соображений, разумеется, - с готовностью пояснил Гвидо, - но есть одно непреодолимое препятствие.
- Ты не веришь в Бога?
- Не-ет, - ухмыльнулся туринец, - в него я как раз верю, а вот в целибат - нет.
- Ну, я бы не стал называть этот анахронизм препятствием, и тем более присваивать ему статус "непреодолимого", - усмехнулся в ответ Де Анджелис. - Но, как ты понимаешь, мое личное мнение может не совпадать с точкой зрения руководства.