Боец из личной охраны Гу Юня прошептал ему на ухо:
— Великий маршал, по пути сюда я слышал о том, что именно этот ученый муж собрал вместе попавших в плен к западным странам жителей Великой Лян, чем спас многим жизнь. Именно он нашел способ выдать нам местонахождение этих презренных вражеских псов, дав принцу Лоулани возможность подготовить тайную атаку.
Гу Юнь поначалу растерялся. Не успел он тщательно обдумать его слова, как вместе с подростком вышеупомянутый ученый муж преклонил перед ним колени.
Несмотря на что, что еще недавно Гу Юнь поступил крайне дерзко и повёл себя как настоящий разбойник, он не смел неуважительно отнестись к освобожденным пленникам:
— Господин, ни к чему такие церемонии. Прошу, поскорее поднимайтесь. Как ваше имя?
Ученый муж отказался от протянутой ему руки и пробормотал:
— Великий маршал, фамилия простолюдина — Бай, имя — Чу. Этот бедный ученый так и не смог сдать государственный экзамен и обеспечить себе достойное будущее. Этот никчемный простолюдин рано потерял отца и мать, а семья наша была бедна, вскоре пришлось оставить надежду сдать экзамен. Лишь в прошлом году мы с моим младшим братом отправились на Шёлковый путь, чтобы хотя бы как писец и счетовод я мог зарабатывать себе на жизнь. Но неожиданно случилась великая беда. Пусть боги не одарили ничтожного Бая умом, но учился он у мудрецов. Как говорится, не навлеки позор на себя и своих предков, держи себя достойно и не сходи с праведного пути, как и подобает ученому мужу [9], но мы вынуждены были сдаться врагу. Ради спасения собственной жизни я позволил этим шелудивым псам оскорблять и издеваться надо мной, даже подвергнуть меня кастрации...
Гу Юнь был потрясен его признанием и не знал, что сказать в ответ. Он подошел поближе к своим братьям и тихо произнес:
— Мы опоздали.
— Этот Бай боролся за жизнь до сегодняшнего дня лишь в надежде собственными глазами увидеть, как войско Великой Лян вернет захваченными врагами земли, — продолжил Бай Чу.
Гу Юнь благоговейно сложил руки в торжественном поклоне.
— Я прослежу за тем, чтобы при дворе узнали о великих заслугах господина.
— Как смеет этот калека кичиться заслугами? Беру на себя смелость обратиться к вам с просьбой.
— Прошу, говорите.
— Моему младшему брату Чжэну уже шестнадцать лет, но он не успел овладеть всем тем, что положено знать юноше в его возрасте. К счастью, он с детства отличался крепким здоровьем. Хотя ему не удалось в совершенстве освоить все шесть искусств [10], которыми полагается овладеть благородному мужу, он неплохо стреляет и ездит верхом. Этому простолюдину известно, что Черный Железный Лагерь — национальное оружие и все его генералы — лучшие из лучших. Пусть скромных навыков моего младшего брата и недостаточно пока, чтобы влиться в ваши ряды, но он будет преданно служить великому маршалу. Этому простолюдину остается лишь молиться духам предков на небесах, чтобы в будущем Бай Чжэн вырос достойным мужем.
Взглянув на подростка, Гу Юнь заметил, что тот обладал крепким телосложением и вел себя почтительно — не перебивал их, а стоял в сторонке, утирая слезы, что бежали из покрасневших глаз.
— Господин, поднимитесь скорее, — тихо вздохнул Гу Юнь. — Это ведь сущая мелочь...
Бай Чу подтолкнул юношу немного вперед, вынуждая его упасть на колени перед Гу Юнем.
— Поклонись великому маршалу.
Бай Чжэн почтительно поклонился, как и ему и было сказано — так низко, что аж камни на земле задрожали. Смущенный Гу Юнь наклонился, собираясь помочь юноше подняться, когда с удивлением заметил, что плечи Бай Чжэня не перестают дрожать, словно не от волнения, а от... страха.
Сердце Гу Юня вдруг сжалось от тревоги...
Кто-то слил информацию о местонахождении союзных войск западных стран, в результате чего их атаковали и они понесли тяжелые потери. Почему же эта утечка совсем их не разгневала?
Захваченные на центральной равнине пленные должны были в первую очередь попасть под горячую руку. Почему западные страны ничего не заподозрили и не казнили их на месте? А если говорить об их лидере, то уже его-то точно должны были обвинить во всех грехах, неважно причастен он был или нет. Противник не отличался особой щепетильностью, когда дело касалось правосудия, и мог казнить без суда и следствия. Стоило возникнуть хоть малейшему подозрению, как они бы избавились от этого человека.
Во время обмена пленными достаточно было им предложить пожилых, больных, отощавших или покалеченных рабов. Зачем возвращать Бай Чу?