— Давай лучше поговорим о чем-нибудь более приятном, — сказал Шэнь И, вырвав Гу Юня из раздумий. — Как там Его Высочество Янь-ван? По-прежнему живет в поместье Аньдинхоу? Что вообще между вами происходит?
Гу Юнь промолчал.
Шэнь И не заметил, что лицо Гу Юня буквально выражало собой фразу «да в двух словах и не расскажешь», так что он беспечно продолжил болтать:
— Я слышал, что Его Высочество Янь-ван буквально поселился в здании Военного совета и безвылазно провел там аж десять с лишним дней. Но недавно он снова начал вовремя уходить со службы домой. Похоже, это началось после твоего возвращения в столицу... Так что даже если Янь-ван не питает к тебе глубоких чувств, вряд ли для него ты — мимолетное увлечение.
Шэнь И напоминал ученого, покупавшего осла — болтал вроде много, но не по делу [6]. Гу Юнь никак не мог понять: его друг намекал на то, что сочувствует Янь-вану и Аньдинхоу следует поскорее ответить на его чувства, или наоборот, пытался предупредить, что их связь возмутительна и лучше как можно скорее ее оборвать. Так и не сумев ухватить суть, Гу Юнь нахмурился и спросил:
— Не понял. Что ты хотел сказать-то?
— Я имел в виду, что тоже не знаю, как тут лучше поступить, — в растерянности признался Шэнь И. — Я беспокоюсь за тебя.
Гу Юнь осекся. Ему показалось, что Шэнь И не переживал о нем, а причинял этим еще большее беспокойство.
Поскольку они с Чан Гэном уже перешли границы дозволенного, советы Шэнь И опоздали примерно на восемь поколений [7]. Несмотря на то, что маршал Гу был довольно бесстыжим, не орать же о прошлой ночи на весь белый свет.
Видя, что Шэнь И никак от него не отвяжется и не собирается возвращаться к себе домой, Гу Юнь недовольно приподнял бровь и сердито спросил:
— Чего это ты за мной идешь? Неужели собираешься со мной в поместье, чтобы своими глазами увидеть мои страдания?
Шэнь И издал нервный смешок и, запинаясь, спросил:
— Цзыси, мы столько лет с тобою дружим. Не угостишь ли меня чашкой риса?
— Твоя семья вконец обнищала? — удивился Гу Юнь.
Обычно Шэнь И болтал без умолку, а тут долго медлил с ответом:
— Мой отец... решил недавно меня женить и, эм... До того загорелся этой идеей, что я боюсь с ним встречаться лишний раз и приходится прятаться... Эй, хватит надо мной ржать! Вот предатель, а я-то к тебе со всей душой, что ты за друг такой? Когда у тебя что-то не ладится, я всегда готов тебя поддержать, а стоило у меня случиться беде, как ты потешаешься над моими несчастьями...
У Гу Юня от смеха аж дыхание сперло.
— Ох... Ты открыл мне глаза. Впервые вижу, как генерал превратился в попрошайку из-за того, что семья принуждает его к браку.
— ... Гу Цзыси, так ты друг мне или нет? — спросил Шэнь И. — Если все еще друг, то закрой рот и угости меня ужином. Тогда я, может, тебя и прощу.
Теперь он жалел, что не воспользовался ситуацией и не отыгрался на Гу Юне в тот раз, когда тот не мог встать с постели [8]. Правду говорят — хорошего и порядочного человека всяк норовит обидеть.
После того как Гу Юнь не мог уже больше смеяться, он решил немного поддержать своего друга.
— Да ладно тебе, считай это родительским благословением. Радуйся, что родители твои пребывают в добром здравии, а меня вот уже некому благословить, если я когда-нибудь пожелаю жениться.
Слушавший его с тоской во взгляде Шэнь И ответил:
— Думаю, мой отец просто боится, что я погибну на поле боя, не оставив наследника, и род Шэнь прервется. За все эти годы я и правда ничего не сделал для того, чтобы унять его тревоги... Просто я хорошо себя знаю. Когда у меня будут жена и дети, мне недосуг будет думать о защите границ. А ты и так довольно одинок. Если еще и я тебя оставлю...
Гу Юнь перестал смеяться, замер на расстоянии двух шагов от Шэнь И и пристально на него смотрел.
Шэнь И продолжал:
— Хотя в последнее время мне кажется, что ты действительно собираешься уйти на покой после того, как выиграешь войну. Если иностранцы уберутся с наших земель, то Император больше не сможет тебе докучать. Кроме того, Его Высочество Янь-ван с детства крайне внимательно и благородно к тебе относился, так что он... Уверен, что он сможет о тебе позаботиться. Много лет я следовал за тобой. Но пришло и мне время остепениться и обзавестись семьей.
— Цзипин, — начал Гу Юнь, — неужели ты...
Шэнь И ждал, пока он продолжит мысль.
— ... Неужели ты тоже тайно влюблен в меня?
Шэнь И пнул попавший под ноги камень.