Потрясенный Гэ Чэнь теперь поменялся местами с пленником. Два неутомимых солдата Черного Железного Лагеря связали его, подвесили на длинный шест и унесли прочь. Гэ Чэнь был сообразительным парнем, поэтому догадался, что, похоже, впал в немилость у Аньдинхоу, и тот решил на нем отыграться, поэтому обратился за помощью к Чан Гэну:
— Ваше Высочество...
— Что еще за Высочество? — Гу Юнь опустил забрало шлема. Из-за холодного металла его голос звучал приглушенно и равнодушно. — И заткните ему рот. Пленники не должны издавать ни звука.
Янь-вана все еще съедала тревога, поэтому он за него не вступился. Так с его молчаливого согласия бедного несправедливо обиженного Гэ из Линшу унесли прочь на длинном шесте.
Вместе с «пленником» их отряд энергично промаршировал до западного гарнизона. Близился рассвет, когда они наконец пересекли огромные безлюдные пустоши Цзяннани и добрались до вражеского лагеря.
При помощи подзорных труб Гу Юнь и весь остальной отряд увидели, что жуткое морское чудовище Запада притаилось в речных водах. Железные драконы врага обычно были подобны порывам ветра — впервые им выпала возможность хорошо его рассмотреть. У Сюй Лина от волнения закружилась голова. Линия обороны Запада выглядела совершенно неприступной. У него вспотели руки. Сюй Лин совершенно не понимал, каким образом, находясь в стане врага, его товарищи умудрялись сохранять оптимизм.
Не успели они добраться до гарнизона, как в кромешной тьме дула сразу нескольких пушек повернулись в их сторону.
Сюй Лину ком подступил к горлу. Кто-то крепко схватил его за плечо, но тут он услышал голос Янь-вана:
— Раз боишься, не думай о том, что с нами станет, если враг нас разоблачит. Лучше представляй, как все наши планы успешно воплотятся в жизнь. Не покончим с ними сегодня, точно сделаем это завтра. Мы ведь пришли сюда убивать врагов, а не искать смерти.
Когда Сюй Лин почувствовал в мягком голосе Янь-вана убийственный азарт охотника, то задрожал от страха. Затем он сделал глубокий вдох, вспомнил жуткую гору непогребенных останков в храме предков и закрыл глаза. Страх действительно постепенно ушел.
— Веди пленника вперед, держи руку на фитиле, — снова обратился к нему Янь-ван. — Мы ведь не знаем иностранных языков, остается во всем полагаться на господина Сюя. Если пленник решит что-то неожиданное выкинуть... Господину Сюю хватит мужества убить его?
Большую часть жизни помощник ревизора Сюй просидел за книжками и никогда не убивал даже цыпленка, поэтому невольно вздрогнул от его слов, сжимая фитиль. Захваченный в плен солдат Запада почувствовал, что его жизнь висит на волоске, и его мелко затрясло. Рука Янь-вана надавила на плечо Сюй Лина с такой силой, что это чувствовалось сквозь броню и словно железные клещи привело Сюй Лина в чувство. Он сжал зубы.
— Ваше Высочество может не беспокоиться, подчиненный не подведет.
Чан Гэн медленно убрал руку с его плеча. Несмотря на то, что лицо Гу Юня скрывал шлем, Чан Гэн все равно чувствовал на себе его взгляд. Он решил не оглядываться, а лишь молча вытер холодный пот с ладоней.
У каждого в отряде имелась своя задача, но никто из них не мог помочь разрешить терзавшую Чан Гэна дилемму.
В это же время, караульные Запада что-то крикнули в медный горн на родном языке. Они спросили, что их отряд тут делает.
Сюй Лин прочистил горло и ответил:
— Во время обхода границы нам удалось поймать шпиона с центральной равнины. Поэтому мы и притащили его сюда, чтобы узнать, что с ним дальше делать.
Пока озадаченный стражник рассматривал их добычу, Гу Юнь подтолкнул пленника в спину рукоятью меча.
— Знай свое место.
Не успел Сюй Лин перевести слова Гу Юня, как пленный сам догадался, чего от него хотят. Дрожащими руками он снял шлем легкой брони, демонстрируя светлую шевелюру. Когда стражник увидел это, все сомнения его мигом развеялись. Он еще раз посмотрел на висевшего на шесте Гэ Чэня, нахмурился и дал знак своим. Нацеленные на них дула пушек медленно отвернулись в сторону, и стражник впустил их внутрь.
— Подождите тут пока, — попросил их солдат. — Верховный понтифик принимает важных гостей. Поскольку все высшие офицеры заняты, некому принять ваш доклад. Пока пойдите и зарегистрируйтесь, а эту свинью заприте. Вечером поджарим ее.
Ему никто не ответил. Сюй Лин понимал, что даже Янь-ван бессилен дать совет, как поступить. Поэтому он сглотнул и спокойным голосом поинтересовался: