Раз в мирное время дела были настолько плохи, то с началом боевых действий мудрое изречение Императора «в первую очередь ресурсы должны тратиться на обеспечение военных гарнизонов в разных концах страны» могло только усугубить ситуацию... Даже если утраченные территории через несколько лет удастся вернуть, к тому времени местные жители будут ходить в одежде с заплатками.
Чем больше Сюй Лин об этом думал, тем сильнее тревожился.
Чан Гэн прошептал:
— Боюсь, нам с тобой придется изображать голодранцев. Впрочем, это неважно. Если они хотят выставить нас дураками и поразвлечься за наш счет, то я приготовил для них забавный сюрприз.
Сюй Лин принял решение во всем слушаться Янь-вана и в точности исполнять его указания, поэтому без возражений последовал за ним в трактир с героической решимостью избавиться от продажных чиновников.
Званый ужин, на который их пригласили, давали в честь Ян Жунгуя.
Ян Жунгуя, зятя старшей сестры шилана министра финансов Люй, как раз назначили наместником Лянцзяна. Разумеется, титул это был важный, но во время войны не самый влиятельный. Далеко не вся Цзяннань находилась под контролем нового наместника — большая часть Хуайнани [1] и Северобережный лагерь уже ему не подчинялись. Таким образом в ведении Ян Жунгуя находились несколько небольших областей вблизи Янчжоу. Его в спешке назначили на эту должность, поскольку для того, чтобы стабилизировать обстановку на фронте и в тылу, вернуть утраченные земли и устроить беженцев, требовался высокопоставленный столичный чиновник. В будущем, если Великая Лян вернет захваченные врагом земли и Ян Жунгуй хорошо себя проявит, он мог сохранить пост одного из восьми наместников Императора.
К несчастью, ненасытный человек подобен змее, пытающейся проглотить слона [2]. С момента вступления в должность Ян Жунгуй был недоволен сложившейся в Цзянбэе ситуацией, поэтому часто напивался и постоянно жаловался своим дружкам, что наместник он лишь на бумаге, а на деле — рядовой провинциальный чиновник.
Руки его пока были связаны, но это не сбило с наместника Ян спесь. Семья Люй старательно его покрывала. Кроме того, он сразу не поладил с выдвинутыми Ду Ваньцюанем новыми чиновниками. Ему, разумеется, пришлось поприветствовать приезжих купцов, но сопровождали его лишь несколько скучающих бездельников-торговцев. Во время званого ужина наместник постоянно шутил и балагурил. Чжэн Кунь, не считаясь со своим высоким положением, болтал о том и сем, но тут к нему подошел слуга и что-то прошептал на ухо. Чжэн Кунь, правитель столичной области Янчжоу, вдруг резко переменился в лице, сорвался с места и покинул званый ужин.
Сюй Лин скрывался под именем Чжан Дафу. Из-за природной бледности стоило ему напиться, как лицо сразу краснело, отчего он казался человеком честным и простодушным. Сделав вид, что захмелел, он невзначай спросил соседа:
— Эй, мы всего-то три чарки с вином осушили. Почему господин Чжэн уже нас покинул?
Сидевший рядом мужчина рассмеялся и пояснил:
— А, так братец Чжан не в курсе. Наместник Ян должен был кое с кем встретиться на приеме. Вы приехали как раз вовремя! Говорят, один важный господин...
Его собеседник вытянул руку, изобразил хлопающего крыльями дикого гуся и прошептал:
— ... прибыл сегодня в Янчжоу. Вот наместник Ян вместе с другими знатными господами и отправился лично его поприветствовать.
Потрясенный его словами Сюй Лин подумал, что неправильно понял, поэтому переспросил:
— Кто приехал-то?
— Неужели братец Чжан ничего и об этом не слышал? — Вино развязало ему язык. Он знатно надрался и болтал без умолку: — Сам Янь-ван, Янь-циньван... родной младший брат Императора! Не мне тебе объяснять, что это значит. Несколько дней назад жалоба одного дебошира достигла столицы, и Император принял ее чересчур близко к сердцу. Вот и послал к нам Янь-вана. Он важный гость. Если не окажем ему должный приём, нам всем головы поотрубают да выставят на площади.
Для верности его собеседник встряхнул головой и добавил:
— Мы с тобой ни в чем не виноваты. Людям порядочным нечего бояться клеветников, пусть проверяет нас сколько влезет, ха-ха... Проблема в том, что господин Ян вынужден повсюду его сопровождать. Вот бедняга.
Не дослушав, Сюй Лин тайком бросил взгляд на сидевшего за столом Чан Гэна.
Если настоящий Янь-ван находился здесь, кого же тогда отправился встречать Ян Жунгуй?
Янь-ван тихо рассмеялся, взял со стола самую аппетитную пельмешку и положил в рот. Не пропадать же добру.