Отсылка к истории Пань Ана (литератор времен Западная Цзинь (247-300 гг.), олицетворению мужской красоты. В детстве он часто гулял за пределами Лояна. Женщины, которые встретились с ним, бросали ему фрукты, поэтому, когда он возвращался домой, его телега ломилась от фруктов.
Речь идет о 79 главе.
磨刀不误砍柴工 - mó dāo bù wù kǎn chái gōng - букв. заточка лезвия не задержит рубку; обр. тщательная подготовка не задержит работу
Глава 117 «Одно за другим»
____
Не дайте Аньдинхоу вернуться в столицу.
____
За время отсутствия Янь-вана отношения между знатными семьями и новыми чиновниками при дворе еще сильнее накалились. И те, и другие вроде держали себя в руках и старались сохранять достоинство, но все равно пытались всячески усилить свое влияние. Временами пропасть между знатью и обычными людьми была столь велика, как между варварами из восемнадцати племен и жителями Великой Лян.
Благородные фамилии передавались из поколения в поколение. В большинстве случаев их обладатели владели крупными земельными наделами. Поскольку цены на продовольствие со времен императора Юаньхэ неуклонно падали, знатные семьи в погоне за прибылью стали активнее вовлекаться в торговлю. Если раньше, во времена правления императора У-ди, торговали тайком, то сейчас этим никого было не удивить. С одной стороны, это постепенно повысило статус купцов, которых раньше считали вторым сортом, а с другой — отрицательно сказалось на частной торговле.
Согласно законам, принятым еще во времена императора Тай-цзу, прославленным героям, членам императорской семьи и представителям знатных семейств не дозволялось в погоне за выгодой конкурировать с простым народом. Поскольку они обладали «особым статусом», это могло привести к нечестной игре. Но даже если они никого не обманывали, всегда находились подлецы, злоупотребляющие своим положением.
Взаимная неприязнь между старейшими знатными родами и недавно возвысившимися чиновниками длились не одно поколение.
Настал день, когда купцам неожиданно улыбнулась удача. Вне зависимости от того, сможет ли восточный ветер подавить западный [1], старинные знатные семейства всеми силами будут противиться переменам. Новые претензии знати наложились на застарелую ненависть. Когда над страной нависла опасность, они еще как-то могли, стиснув зубы, работать сообща. Но теперь варвары смиренно склонились перед Великой Лян, а мир в Цзяннани снова развязал знати руки. Раз стране пока ничего не угрожало, конфликт вспыхнул с новой силой.
Четвертый принц не успел даже попытаться разобраться с разногласиями придворных, как на утренней аудиенции произошел громкий скандал.
Упразднить ассигнации Фэнхо было непросто. Некоторые придворные посчитали, что новые чиновники сильно злоупотребяют властью. Дошло до того, что несогласные стали резко критиковать работу Управления Великим каналом. После чего тема сменилась с императорской власти и законов о торговле на гражданские права и устои, введённые далекими предками. Наконец придворные принялись спорить о войне и снабжении армии. Сторонники Фан Циня не собирались сдаваться и вцепились в сторонников Янь-вана. Причиной всех бед, по их мнению, были огромные военные расходы и дефицит государственной казны. Иначе принцу не удалось бы, прикрываясь нехваткой денег в казне, ввести свои ассигнации и тем самым перевернуть все с ног на голову.
Один из знатных господ был настроен довольно воинственно:
— Ваше Величество, раз восемнадцать племён признали поражение, у Великой Лян больше не будет проблем с цзылюцзинем. Страна постепенно восстанавливается. Безумие сейчас ввязываться в новую войну, которая продлится ещё от трёх до пяти лет. Ваш подданный полагает, что во время мирных переговоров намерения послов Запада были искренними. Они вывели войска с берегов Янцзы и вернули нам захваченные территории. В Восточном море у них осталось всего несколько портов. Везде сейчас царит мир и спокойствие, и в будущем мы могли бы заключить с иностранцами торговое соглашение, чтобы использовать морские пути. К чему воевать? Не знаю, почему маршал Гу до сих пор этого не понял. Неразумно с его стороны добавлять дополнительные условия для заключения мира.
Разумеется, чиновника из партии Янь-вана возмутили его слова:
— С какой стати мы должны уступать плодородные земли на побережье Восточного моря западным обезьянам? Мы, что, сами построить там порты не способны? Неужели у нас своих торговых судов нет? Вы уже пообещали иностранцам земли, что завоевывали наши предки? Да во всем императорском дворе не найдется столь щедрого господина, как вы!