Он с несчастным видом потёр лицо и долго смотрел на меня.
Казалось, верил, что во мне останется след Эрис.
Забавный. Я была бы единственной в этом мире, кто больше всего хотел бы, чтобы её душа осталась в теле Эрис. Тогда всё было бы проще.
Наследный принц был опечален отсутствием Эрис, но не потому, что любил её. Это было просто… Это было близко к остаткам сожаления и разочарования, когда предмет, который всегда был рядом с ним, исчез. Многие люди принимали собственническое желание за любовь и становились несчастными.
Не имело значения, что Алекто стал таким, потому что это его карма, но была бы другая история, если бы тоже была причастна к этому несчастью.
— Если вы не можете в это поверить, то можете позвать Первосвященника. Он может видеть душу каждого, верно? Даже во время той старой охоты на ведьм он смотрел на сознание, поэтому сможет отличить, лгу или нет.
Поскольку Хибрис сразу заметил, что я чужая, возможно, то же самое произошло и с другими Верховными Жрецами. Нет, он придёт с самого начала. Хибрис благословил меня во время Церемонии совершеннолетия, да и вообще, был одним из главных героев этого романа.
Честно говоря, поскольку у меня был послужной список того, что была позорной и грубой по отношению к нему, хотела, чтобы он обвинил меня в том, что я ведьма.
Следователь, который допрашивал меня в прошлый раз, стоял рядом с кронпринцем и смотрел на меня со свирепым лицом.
— Что я должен делать? Если вы позволите немного пыток, то могу заставить её признаться в преступлении в течении дня.
— …Это чепуха.
Наследный принц повернул глаза и яростно посмотрел на следователя и сказал:
— Разве ты не заметил, что я дал ей эту комнату? Какой бы преступницей она ни была, если ты прикоснешься кончиком пальца к её телу, которое когда-то было наполовину императорским, твоей жизни придёт конец.
— Боже, Ваше Высочество, я особо не думал, потому что не мог дождаться суда, Господи. Пожалуйста, простите меня.
Следователь, идущий из комнаты кронпринца, взглянул на меня один раз, но я совсем не испугалась.
В любом случае, хорошо, что не было пыток. Я не была уверена в том, что смогу выдержать боль. Даже не могу умереть после того, как прикушу язык, но ничего хорошего в том, чтобы просто болеть, не было.
«У Энакина всё хорошо?»
Сделав вдох, на ум, естественно, пришёл мой рыцарь. Скучала по нему, но это была Медея, а не Энакин, с которым я могла общаться через зеркало в кармане.
Если бы этого не произошло, то смогла бы увидеть шатена за столом казни и в толпе, как и было запланировано.
Ну, это был не ‘Где Уолли?’ [1], и я никогда не была талантлива в поиске спрятанных картинок, поэтому собиралась попросить Медею встретиться с ним перед смертью. Но что мне сказать этому лицу, которое больше никогда не увижу?
В комнате было холодно… Проблема была не совсем в помещении. Я скорчилась и молилась, чтобы утреннее солнце взошло поскорее.
Думала, что смогу увидеть Хибриса, как только наступит день, но время немного затянулось, потому что ему нужно было отправиться на миссию в соседний район.
В этом романе недаром единственным первосвященником был этот мужчина. Всё произошло потому, что автор изначально установил настройку так, чтобы Хелена могла встречаться только с Хибрисом.
В столице было три первосвященника, кроме папы, но один из них уехал с миссией в другую страну и давно не возвращался, а последний был пожилой и лежал в постели.
Поскольку папа, находившийся в критическом состоянии, также отказывался лечиться божественной силой, все в один голос говорили, что Хибрис как можно скорее станет следующим на место главы церкви.
Если подумать, казалось, что он мог наложить табу, чтобы спасти Хелену в конце романа, потому что неофициально стал папой.
Ибо самому старому первосвященнику дали неприкосновенность.
Это было потому, что он не был в столице, поэтому я ещё ничего от него не слышала, но если бы узнал, что леди Довоенная мертва, то, вероятно, прибежал бы, не останавливаясь.
Когда я обучала Хелену, она казалась очень похожей на Хибриса, когда иногда говорила о нём.
На следующий день он пришёл с наследным принцем. Я давно его не видела, и первосвященник ещё немного похудел. Его декадентское обаяние было переполнено, поэтому было немного страшно.
***
[1] ‘Где Уолли?’ — британская серия детских книжек-головоломок, созданная английским иллюстратором Мартином Хэндфордом. Книги состоят из серии подробных разворотных иллюстраций, изображающих десятки или более людей, занимающихся различными забавными вещами в заданном месте.
Он, казалось, задохнулся, когда увидел меня. Лицо мужчины исказилось, но вскоре он снова овладел своими эмоциями.