— Ах ты, старая качерга, ёб твою ети! — чутка попиздив старушку и немного утомившись, молодой негодяй забрал её бабло и ретировался, хлопнув дверью.
* * *
Через какое-то время после того, как Хеопс поставил на место зарвавшуюся пенсионерку, та появилась в Интернет-студии мудака Минаева. Будь её воля, она бы, конечно, предпочла какое-нибудь более топовое шоу на первом канале, но на безрыбье и сухопёздие сгодится и Сергуня — больше никто не заинтересовался историей постклимактерического жидовского маразма.
— Сегодня у нас в студии женщина, прошедшая через ад и Израиль путинской России, — объявлял частичный соплеменник старой перечницы. — Она поделится с нами своим горьким опытом встречи с безнаказанностью, с развязной жестокостью, с обезьяньим бравированием физическим превосходством упитанного молодого организма над поистине тюремной клеткой пожилой высохшей плоти. Расскажите, как с вами обошлись эти... не нахожу приличных слов.
— Да, Сергей, я прошла через форменный, как вы выразились, ад и Израиль. Будучи с юных лет агентом Моссада, я честно проработала в московском филиале ада не за страх, а за совесть, положенный срок. Сколотила небольшое состояньице, как водится, и на этой базе продолжила грести бабло, разгружая русских алкашей на смартфоны и прочие цифровые прелести. И всё было в норме, пока не случился один эксцесс...
Бабка подробно рассказала зрителям о том, что мы и так уже знаем, но по-своему расставила в истории акценты. Старушенция предстала в образе оскорблённой невинности и жертвы распоясавшихся рэкетиров, стремящихся отхватить от чужого бизнеса лакомый кусочек в стиле эпохи первичного накопления капитала под звуки имперского траурного марша. Собственно, те же пасхальные фаберже с торца. Минаев проникся сочувствием и долго качал головой.
* * *
Между тем, член «ОНИ», известный под псевдонимом Мистер Дристер, как раз смотрел трансляцию этого шоу в прямом эфире. Дристер знал от Хеопса, что тот заложил свой планшет, одолжив бабок у жидобабки. Досмотрев шоу, Мистер Дристер тут же связался по мобильному с Мистером Термостатом, и пара бойцов, встретившись в центре в метро, отправилась на Казанский вокзал, где, как они, проведя опрос среди своих, выяснили, Хеопса видели в последний раз в компании алкашей (мобилу незадачливый гуляка уже давно успел пропить).
Приехав на вокзал, «Они» увидели искомого соратника таки да — в тухлейшей компании наиголимейших бичей. Стоя в полукруге новых товарищей, Хеопс, пуская пьяные сопельки и слюни, на пафосе вещал:
— Тварь ли я ебучая, или право убивать козлов имею?! Жидов там всяких, Русь пожирающих? Торгашей, спайсомонгеров, прочий сброд?!
Внезапный удар по затылку лишил оратора сознания. «Они» взяли Хеопса под руки и понесли в сторону метро, не обращая на вяло протестовавших алкашей никакого внимания.
Так и не приходившего в себя парня доставили в одну из квартир, специально снимавшихся Овтсежобом для подобных случаев. Для Хеопса лидер «ОНИ» разработал особую программу «выздоровления»: постоянное присутствие рядом с ним в течение недели Мистера Косячки. Мистер Косячка в свободное от труда во благо высших идеалов время был тренером по тайскому боксу. Не позволяя Хеопсу прикасаться к спиртному, он несколько раз каждый день занимался с ним своей хитрой наукой, выжимая из несчастного последние соки. Но по прошествии недели можно было докладывать Овтсежобу о положительном результате: Хеопс наконец разглядел свет в начале туннеля и осознал, что такое чёрное и что такое белое, и какого его законное удобное место между крайними членами этой контрарной антонимической парадигмы.
Глава XI
Части бойцов «ОНИ» было предложено выяснить у автора книги «Патриот» Алексея Колышевского побольше информации по Эдуарду Багирову.
Мистер Голодный Обморок быстрее прочих сумел по Сети разговорить мужественного бритоголового сочинителя, и договорился с ним о встрече для душевной беседы в Екатерининском саду, что на станции метро «Достоевская». Вместе с Обмороком на встрече вызвался присутствовать Мистер Косячка, к тому времени уже закончивший «воскрешать» Мистера Хеопса.