— Какой-то напряжный сегодня день, да? — спросила я у Миранды, когда мы все собрались в столовой.
Сидеть с дикарями за одним столом вошло в привычку с тех пор, как Элисон с Джошем стали опаздывать на обед.
— Да, — коротко ответила Миранда, от скуки ковыряясь вилкой в своей тарелке. К еде она так и не притронулась.
Рыжая очень странно ведёт себя со вчерашнего дня. Обычно она чаще улыбается, смотрит по сторонам, много-много рассказывает про Айдена и расспрашивает о новостях. В этот раз — полное молчание. Как будто что-то случилось. Я не стала расспрашивать её, ведь захочет — расскажет.
— Зато еда всех объединяет. В столовку заходишь, и плохое настроение как ведром сдуло.
Миранда нахмурилась и как будто зависла, а потом странно покосилась на меня.
— Ведром?
— Да, поговорка такая, не слышала?
— Ветром, а не ведром, чучелко ты наше необразованное, — голос раздался за моей спиной так же неожиданно, как и чья-то рука проснулась к моему плечу.
Элисон. Она, улыбаясь, развалилась рядом с опечаленной Мирандой и закинула руки за спинку скамейки, выпятив грудь. Настроение у неё явно было отличное. Разлохмаченные зелёные волосы как будто сегодня были короче, как и её юбка, еле скрывающая то, что нужно скрывать. Впрочем, девушку это не заботило. Как говорил Джош, было время, когда Эл спокойно могла раздеться догола и прийти на пару, а потом ещё доказывать, что она имеет право на такой вид. Говорят, после этого на какое-то время даже была введена форма одежды.
— Чё скисла, мандарина? — она потягала девушку за щёку, а та недовольно сморщилась и отстранилась.
— Я Миранда.
— Да брось. Меня когда-то лавровым листом называли, а я не обижалась. А ты знаешь, как он воняет? Я тоже не знаю, но у него даже название вонючее, так что…
— Эл, оставь её.
Она скучающе перевела на меня взгляд, тяжело вздохнула и, взмахнув волосами, грациозно ушла к другому столу, где расположились такие же фрики, как и она. У одного — красные волосы, у другого — зататуированное тело, третий просто обкуренный.
Я снова осталась одна среди дикарей. Давно уже заметила эту закономерность — в присутствии Айдена мало кто из его людей вообще смотрел в мою сторону, а уж тем более разговаривал со мной. Сейчас, когда его не было, они могли позволить себе посмеяться надо мной или бросить пару колких комментариев, когда я как-то не так на них посмотрю или не так возьму в руки вилку. Я спросила об этом Миранду, а она объяснила это так: Ад ещё давно попытался убедить своих в том, что я больше не предоставляю для них угрозу, но ему как будто не поверили. Тогда ему пришлось действовать радикальнее, так что фраза «отвяжитесь от Нии» теперь была приказом. Вот только соблюдали его лишь в его присутствии. Как бы там ни было, вряд ли он что-то предпримет, если я пожалуюсь ему на его людей. Я и так стараюсь обходить компанию дикарей стороной, а когда с ними нет Айдена, я не обхожу. Я оббегаю.
Сам же Ад явился в столовую намного позже обычного, и то не с целью поесть. Он у входа быстро обежал помещение взглядом и стремительно направился в сторону нашего столика. Заметив его, Миранда как-то особенно резво стала сражаться вилкой с овсяной кашей в тарелке. Как будто делала занятой вид, чтобы её не заметили. Всё-таки дело в нём…
— У вас всё нормально? — спросил он у всех и у каждого одновременно как бы для галочки. Похоже, он тоже заметил странную атмосферу в колледже. Смотрел исключительно на своих людей, не обращая на меня ни малейшего внимания. Мои дела его ни капли не интересовали.
Дикари послушно закивали головами, не роняя ни звука, и только Миранда так и не подняла глаза, абсолютно игнорируя настойчивый взгляд Айдена. Понятия не имею, что между ними произошло, но это «что-то» сильно изменило ситуацию.
— У вас всё нормально? — он повторил в разы грубее и громче, делая угрожающую паузу между каждым словом, при этом просверливая девушку взглядом. Этот вопрос уже был конкретно ей. И только тогда Миранда, вздрогнув, посмотрела на него и робко кивнула головой.