От автора
Самым громким и жестоким предвестником перемен всегда был огонь. Самым громким, ведь говорил каждым из своих горячих и острых языков. Самым жестоким, ведь стоило кому-то стать поперёк его слова, он съедал заживо. В тот день огонь был разведён не по воле перемен, а по воли людских традиций. Дикарских традиций.
Сотни голосов смешались в общий шум и заполонили собой напряжённый воздух. Смерть уже стояла на пороге. Ведь на арене снова начался бой.
Он смотрел на это холодно. Уже давно привык и к виду крови, и к виду своих мёртвых людей, погибших под торжественные крики. Иногда казалось, что всё это большой искусственный муравейник. Твои питомцы уже начали пожирать друг друга, но они такие скучные и глупые, что ты даже не пытаешься их остановить.
— Думаешь о чём-то? — её голос моментально вывел его из транса, а её рука, коснувшаяся его запястья, вызвала странное чувство тоски.
Он, как и она, как и их верный помощник, сидели на креслах, выточенных из камня и скреплённых разными дорогими тканями. Сделать «трон» было далеко не идеей Айдена. Он считал это смешным и в какой-то степени унизительным — обеспечивать себе удобство, которого нет у его людей. А вот его отец любил роскошь.
— Зачем мы делаем это, Лилит? — он задал этот вопрос, не глядя на неё. Знал, что если посмотрит, оторваться уже не сможет. — Всё это. Может, менять мир к лучшему это не наше?
— О чём ты говоришь?
— Я пытался вдолбить им в голову, что их образ мысли убьёт их. Они не согласились. Потом я сделал их жизнь сущим адом, чтобы они хоть немного взбунтовались и высказали своё мнение. Я даже беременную преступницу на ринг поставил, а они только заинтересованно покачали головами. Вот мол, что-то новенькое. Какого неба?
— Важно то, что мы всё ещё живы и как-никак процветаем. Людям хорошо, и это главное. Если тебе не удастся изменить мир, воспитай своих детей так, чтобы они смогли.
— Каких детей, Лилит? — спросил он и резко повернулся в её сторону, сосредоточив серьёзный взгляд на её глазах.
Она умолкла. Оно и не странно. Единственная девушка, от которой он хотел бы детей, не хотела даже его прикосновений.
— Я не хочу менять мир. Мне пока плевать на мир, если честно. Я хочу спасти хотя бы свой народ от них самих. Ты посмотри на это, — он указал рукой на арену, где только что голыми руками был задушен один из бойцов. — Он украл запасов на месяц. Иронично то, что его семье три месяца подряд по ошибке выдавали пайки в два раза меньше, чем нужно. Он украл меньше, чем украли у него. А теперь он мёртв. И я ничего не могу с этим сделать. Ничего. А ты говоришь, процветаем.
— Айден, ты стараешься. Ты не виноват в том, что люди тебя не слышат.
— Я виноват в том, что я плохой лидер, раз мой же народ меня не слышит. Но знаешь, что самое мерзкое во всём этом? Я пытался вести правление не по стопам отца, а теперь понимаю, что иду за ним след в след.
— Ад, — прервал его вошедший мужчина, который работал здесь так называемым гонцом. — В лагере чужаки. Их было двое, но один скрылся в неизвестном направлении. Второй, девчонка, сидит за камнем в метрах ста от арены. На одиннадцать часов.
— Чужаки? — он нахмурился. — На поиски первого отправьте человек пять. Ещё пятеро пусть осмотрят территорию — вдруг вы не всех засекли. Девчонку попытайтесь выманить. Мало ли, на мину уселась… Если хлипкая, отправьте на арену с Риной. Только проверьте, нет ли у неё оружия.
Гонец и помощник тут же отправились исполнять приказ, оставив его с Лилит наедине.
— Сразу на арену? Вдруг она полезная, — предложила Лилит, а Ад только махнул на это рукой.
— Не полезнее, чем беременная девушка. Так у Рины шансов победить ещё больше.
Они молча наблюдали за тем, как девушку тащили на арену. Русоволосую, тощую, слабую… Она словно еле подавала признаки жизни, но смотрела на всё настолько широко открытыми глазами, будто родилась только пару дней назад. Девушка рассматривала людей, их оружие, клетку, огонь. Рассматривала всё, что Аду уже давно казалось серым и обыденным.
— Что с ней? — спросила Лилит.
— Притворство. Или наркотики.
Когда начался бой, сомнений не было — проиграет. На какое-то время Ад даже отвлекал себя чем-то другим — настолько было скучно наблюдать за такой лёгкой жертвой. Но в один момент крики прекратились. Незнакомка достала нож и с разбега всадила его в живот Рине, разрушив напрочь все ожидания. Это было больше, чем неожиданно. От шока дикарь поднялся и подошёл ближе к краю. Он не мог поверить своим глазам.