Не поднимаясь с пола, он дотянулся до пистолета. Когда повернул голову, я увидела его кровоточащий висок и помутнённый взгляд.
Навёл дуло на кого-то за мной.
Прицеливался всего долю секунды.
Выстрелил.
Я даже не сразу поняла, что мне нужно чувствовать, когда на моё лицо брызнула чья-то кровь. Пространство стало размываться. Ад убил Небесного, который держал меня, так что теперь его громоздкое тело рухнуло, сильнее придавив меня к полу. От паники в ушах застыл звук выстрела и пронзительный гудок. Я ощущала это. Ощущала, как кровь с мертвеца стекала мне за шиворот, как его пока ещё тёплое тело касалось меня. Я стала слишком часто дышать. От этого голова закружилась пуще прежнего, и всё остальное я уже почти не видела. Только услышала ещё один выстрел, потом — глухой удар, а после него увидела, как Ада скрутило от боли. Видимо, его ударили ногой в живот. И всё-таки ввели тот странный препарат в зелёной упаковке.
Я почувствовала, как кто-то стянул тело погибшего, схватил меня за волосы, приподняв голову над полом. А дальше только боль… И чёрный свет.
От автора
(Тремя днями ранее)
По стенам пляшут изуродованные куклы, напевая старую колыбельную. Она тянет к ним руки, те рассыпаются на части и превращаются в десяток таких же изуродованных кукол. Улыбается. А ей больше ничего и не остаётся.
Она давно знает, чего хочет. Забыться, спрятаться от боли и воспоминаний, стать ещё глупее, чем все думают. Она хочет пустоты. Не чувствовать, не знать, не видеть, не помнить. Только смеяться над куклами, только подпевать их жуткую песенку.
Переворачивается на бок, падает с кровати, но не перестаёт смеяться. Куклы пляшут… Стены падают…
— В семь… В семь тридцать два. На ракете прям ко дну. В семь… — бормочет под нос, мотыляя головой. Остатки здравомыслия всё же заставляют её делать всё тихо, чтобы не разбудить соседей по комнате.
Она случайно рукой нащупывает странный гладкий предмет. Белая коробочка с золотистой гравировкой. Не сумев её открыть, на автомате кладёт в карман и находит в себе силы сесть на ноги.
— Ко дну… — сонно мычит, рассматривая лицо русоволосой девушки. Элисон знает её, но совсем не может вспомнить имя. Знакомая незнакомка спит, почти по голову укрывшись одеялом. Её лицо размывается, губы меняются местами со лбом, а потом меняют цвет и исчезают вовсе. Эл показалось это смешным, и я она вновь закатилась тихим смехом.
— Врушка-врушка-врушка. Я видела тебя. Я всё видела, — проводит рукой по одеялу и безумно улыбается, неестественно выкручивая свои пальцы.
Таблетки. В этот раз она попробовала таблетки. Барт предупреждал, что эффект от них может быть внезапным и неконтролируемым, но девушка даже не догадывалась, что ей будет настолько хорошо. Голова пустая — в ней ни одной мысли, а только сильные сквозняки. В душе ни капли тревоги, а только моря спокойствия и эйфории. Всё кажется таким плавным и размеренным… Стоит ей только поднять руку, и она ощущает, как та сама по себе взмывает вверх, отделяется от тела и покидает пределы купола.
— Что ты видела? — еле разбирает эти слова среди слишком громкой тишины. Переводит взгляд на источник звука только спустя секунд десять. Сознание заторможенное, но оттого и легче.
Джош уже не ругает её. Не кричит, не устраивает скандалов, не следит за ней по вечерам. То ли наконец стал доверять, то ли совсем отчаялся. В ответ на его слов Эл издаёт тихий писк и зачем-то срывает с шеи кулон, в ужасе откинув его в сторону.
— Волосы. Снежные, как бель. — она оттягивает щёки, демонстрируя глаза. — Голубые. Грязные. А она всё в гости ходит, — указывает на спящую Нию и изображает злость на лице.
— Она ходит в гости к человеку, у которого голубые глаза и белые волосы?
Девушка отрицательно качает головой, закатывает глаза и ложится на пол.
— Они вместе в гости ходят. Сарайчик на краю земли. Там грязь. От заточения к заточению. Ко дну. На ракете, ровно в семь тридцать-двадцать.
Джош тут же вспоминает про склад возле тренировочной площадки. Он находится как раз у самого края купола. И грязь… Только так Элисон называла голубоглазых.
Неужели Ниа навещает там кого-то?
Неужели голубоглазого?
Небо 22. Всё давно к этому шло