— Может, будут какие-нибудь наставления? Советы?
— Я думаю, в Вашем окружении есть более подходящий для этого дела наставник, Ниана, — он многозначительно указал взглядом на мою тетрадь и так же многозначительно забрал её из моих рук. — И Ваше задание заключается не только в том, чтобы сделать доклад. У меня есть для Вас некое… Деловое предложение.
Он заговорил тише, искоса поглядывая на дверь в аудиторию.
Этот мужчина не выглядел человеком, которому можно доверять. Может быть, дело было в его слишком ухоженном сером костюме или слишком ровно подстриженной седине. Мне нравились люди, которые умеют вызывать хорошее впечатление своим внешним видом, но этот толстяк, хоть и был хорошим преподавателем, свою хитрую натуру за ухоженной одёжкой спрятать не смог.
— Айден — хороший ученик, но вместе с тем и отличный партизан. Сам он ничего не расскажет.
— Его зовут Ад.
Мужчина одобрительно улыбнулся и постучал ручкой по столу.
— Пускай так. Поговорим сперва о награде. Скажу по секрету, далеко не всё, что увозят в G-27, придаётся огласке. Если вы мне поможете, то вместе со следующим рейсом в Полосу поедет моя рекомендация. Я могу позаботиться о том, чтобы все двери для Вас были открыты, а вся информация — доступна.
— Я… Не совсем понимаю, чего Вы от меня хотите.
— Мне нужно знать, над чем сейчас работает Ад. Его планы, его записи.
На этих словах я сразу поняла, что мне не светят больше никакие оценки по его предмету.
— Поймите меня правильно, Ниана. Я действую не по поручению директора. Напротив, я хочу помочь своему лучшему ученику. Этому парню нельзя появляться в G-27. Есть два варианта исхода — его либо зомбируют и будут использовать его знания в своих целях, либо просто убьют.
— Он достаточно умён, чтобы избежать этого.
— Но не достаточно осведомлён о том, какие масштабные планы на него построил Сандем, — увидев мой озадаченный взгляд, мужчина пояснил. — Правительство G-27.
— И какая Вам выгода
Он нахмурился, словно бы я сказала что-то возмутительное.
— Не все добрые дела делаются в корыстных целях, Ниана. Я работаю здесь с самого начала Нового времени. Каждый год через мою аудиторию проходит больше сотни подростков, и впервые среди них я вижу столь холодную и ясную голову. Мой долг — не дать этому свету померкнуть.
— Раз Вы так плохо отзываетесь о G-27, зачем тогда работаете на них?
— А разве у меня есть выбор? — он на удивление добродушно улыбнулся и пожал плечами. — Или у кого-то ещё? — Блеск в его глазах и слова, произнесённые им только что, напомнили мне дядюшку Маркуса. «А разве у нас есть выбор?» — спрашивал он, выколупывая жуков из старой древесины. В тот день ужин у нас был не богатый, но… Разве у нас был выбор?
— Поймите меня. G-27 — место хорошее, но там все привыкли создавать то, что будет контролировать остальных. А Ад создаёт то, что может ещё и разрушать. В этом и разница.
— Вы не правы. Разница куда больше, — гордо поднимаю голову, машинально поправив лямку сумки. Хорошо, что Эдди не нуждается в кислороде, иначе бы он давно задохнулся и погиб смертью храбрых под завалом учебников в моём рюкзаке.
Мужчина улыбнулся и трепетно протянул руки, умоляя о доказательствах.
— Покажите же.
Мой робот — самое прелестное создание из всех, что остались на этой планете. В нём ни капли злости, зависти или алчности. Он смотрит на тебя просто потому, что так ему спокойнее. Он тянет к тебе ручки просто потому, что любит внимание. Он тихонько урчит просто потому, что не умеет выражать свою привязанность человеческим языком. Он просто… Любит тебя.
Я бережно достаю Эдди из рюкзака. Мне пришлось сымпровизировать — я привязала к его телу два тюбика лака Элисон, которые временно заменяли ему ноги. Не хочу, чтобы он чувствовал себя неполноценным.
— Какая тонкая работа… — восхищался физик. Робот же его восторг не разделял и теснее прижимался к моим ладоням. — И до боли знакомый почерк. Его отец бы им гордился.