Парень наступил тяжелой подошвой на грудь дикаря, и тот прерывисто вздохнул. Дышать ему и так было тяжело, а теперь…
— Я до последнего не хотел этого, Ад. Я ненавижу тебя так же сильно, как и уважаю. Я терпеть не могу твоё ублюдское лицо за то, что ты делаешь, но так же сильно рад тому, что ты мог бы сделать, но не сделал.
Он перенёс весь свой вес на одну ногу, и в груди блондина раздался неприятный хруст. Удивительно, как у него ещё хватило сил, чтобы закричать от боли.
— У тебя уже все органы всмятку. Но даже пробитое лёгкое — смертельно только если быстро не среагировать. А вообще это символично… Мы с тобой родились в мире, где тяжело дышать. И сдохнешь ты тяжело дыша.
Джош сел на корточки, чтобы быть поближе. С наслаждением посмотрел на окровавленный снег, пальцем провел по горлу блондина, собирая на подушечке кровь и воображая из неё краску из своей палитры. С тем же диким наслаждением облизнул палец и с улыбкой посмотрел на лицо Айдена, изувеченное гематомами.
— Я не хотел этого, дружище.
Ещё одна волна пронзительной боли ударила в голову. Брюнет зажмурился, прогоняя голос Элисон из своих мыслей. Голос, который так и вторил: «Скрути ему шею. Отомсти за меня. Отомсти. Отомсти». Хейз засмеялся, будто Эл пошутила, и тряхнул головой, как бы возвращаясь в реальность.
— Я мог бы изменить твою жизнь. Помочь тебе. У меня много связей в G-27. Ты можешь увести своих людей отсюда, найти отца, стать великим изобретателем, войти в историю… Спасти мир. Ты же мечтал об этом, — он выдержал паузу, как будто ждал ответа, но услышав тишину, продолжил. — И никто не узнает о твоих глазах. Хочешь?
Ад посмотрел на него, и Джош улыбнулся, поняв, что этот взгляд осознанный, а не жестокая игра нервных болезненных импульсов.
— Просто… Скажи мне, где Ниа.
Молчание было долгим. На секунду Джош испугался, что Ад успел умереть, но… То ли думая над ответом, то ли просто набираясь сил, дикарь несколько раз тяжело вздохнул, а потом плюнул кровью ему в лицо. Это и стало ответом.
Джош, казалось, разозлился, его лицо побагровело от ярости, но тут же рассмеялся, вытер кровь и сел рядом на снег.
— Забавно, как всё изменилось, да, приятель? Я помню день, когда я жёстко накурился травой, а ты тащил меня в комнату. Ниа ещё тогда сильно испугалась, начала кричать на тебя… Подумала, что это со мной сделал ты. Я, кстати, так и не успел поблагодарить…
Джош достал из кармана нож, беззаботно покрутил его в руках и посмотрел на небо. Снег всё так же падал на лицо. Он уже успел припорошить его волосы, кровавые пятна на земле и дикаря. Вдруг всё вокруг стало таким спокойным и тихим…
— Или конец августа, помнишь? Я защитил тебя перед преподом, когда ты пропустил пару, и тебе не поставили «Н». Но ты, конечно же, заподозрил неладное и врезал мне. А потом тебе по ошибке поставили оценку на то число и ты смог накопить на какую-то железную хреновину, пока её не увезли в G-27. А вот если бы там стояла «Н», ты бы не успел…
Хейз боковым зрением увидел, как Айден перевернулся со спины на живот и попытался ползти на локтях, но даже не ринулся его остановить и продолжил крутить нож. Знал, что нет шансов.
— Жаль, что с Нией ничего не вышло. А ведь мы с ней когда-то даже целовались, представляешь? Это был её первый раз.
Хейз ухмыльнулся, его внимание привлёк ещё один огонек, что зажёгся в окне первого этажа. Колледж засыпал. Вряд ли в такой темноте их было видно, а вот жизнь внутри здания была как на ладони.
— Ты, кстати, знаешь, как она тебя называет? — он промолчал перед тем, как ответить на свой же вопрос. — Дикарь. Жуть, конечно. Мне было бы обидно. Хотя чё уж, для меня ты тоже дикарь.
Джош вздохнул, встал с холодной земли и поёжился от мысли о том, каково Аду было всё это время лежать на снегу. Как ожидалось, тот далеко не ушёл. Хейз заставил его снова перевернуться на спину, опустился на корточки и поудобнее переложил нож в правую руку.
— Зря ты так. Одно твоё слово, и всё обернулось бы иначе. Мы ведь и правда могли бы стать друзьями, Ад. Скажи же?