Мы крались под самыми окнами, будто намереваясь попасть в одну из комнат. Мне не передать словами, как сильно поражала красота этой ночи. Луна словно приблизилась к земле и теперь пыталась рассмотреть каждого человечка на ней, а звёзды… В жизни я не видела такого чистого звёздного неба. Вот только приходилось постоянно опускать голову вниз, когда Джош оборачивался в мою сторону.
Брюнет остановился у одной из комнат. Как ни странно, окно в него располагалось немного выше остальных, но для парня это не стало преградой. Он подпрыгнул, зацепился руками за подоконник, с лёгкостью подтянулся и залез в помещение.
— Подожди минуту, — сказал он мне и скрылся в темноте комнаты, оставив меня наедине с воздухом и небом.
Я услышала странную возню возле окна. Сначала мне показались нормальные шаги, а потом странный топот чьих-то очень маленьких ножек. Прислушалась. В самом деле, кто-то очень маленький бегал возле окна, а Джош, видимо, за этим «кем-то» гонялся.
— Вообще он дружелюбный… — говорил парень, запыхавшись. Я не видела его, но четко слышала сбивчивое дыхание. — Но если ты будешь дёргать его за одно место, ему точно не понравится. Хотя… Кому это может понравиться?
Я услышала, как парень остановился. Спустя пару молчаливых секунд он подошёл к окну, облокотился о подоконник локтями и, вытерев пот со лба, как-то хищно посмотрел на меня.
— А может, мне бы понравилось. Если только нежно, — подмигнул он мне, улыбнувшись.
— Вы нахал, — совершенно серьёзно, но без злобы ответила я.
Джош вдруг нахмурился, словно я не оценила шутку, над которой он очень старался. Немного подумав, он растерянно опустил взгляд.
— Извини, — неожиданно произнёс он. — Надо запомнить, что ты не любительница пошлых шуточек. Вот же Эл расстроится.
Брюнет поднял что-то или кого-то с пола, поставив на подоконник. Большая пушистая мордашка смотрела прямо на меня и, забавно принюхиваясь, норовила спрыгнуть с окна и подойти поближе ко мне.
— Земля всемогущая… — вырвалось у меня. — Это что, собака?
— Она самая. Это бигль. Его зовут Баффи, — парень широко улыбался, радуясь моему восторгу.
Я подняла руки, и Джош отдал мне собаку, а потом и сам спустился к нам. Выходит, не все животные погибли. Мне постоянно угнетало видеть кругом скелеты птиц и чьих-то недавно погибших домашних питомцев.
— Откуда он взялся? Чей он?
— Раньше принадлежал одному пареньку из Канады, но его уже давно посадили в карцер. Вряд ли он жив. А псина осталась одна. Теперь она общая.
Я с сожалением посмотрела на жизнерадостного Баффи. Он не переставал вилять хвостом и облизывать мои руки.
— Здесь есть ещё животные?
— Можем посмотреть на того белобрысого козла из двадцать первой, — юноша кивнул головой в сторону окна, ведущего в комнату Айдена, и я не сдержала улыбки.
— Спасибо за вечер, Джош.
— Поблагодаришь позже. Когда он закончится, — он снова как-то хищно улыбнулся и взял меня за запястье, потянув к новым приключениям.
Баффи бегал недалеко от нас, а мы всё ходили под небесным куполом ночи. Джош разулся и босиком побрёл по душистой траве, иногда оборачиваясь назад убедиться, что я не отстаю от него. Я последовала его примеру. Приятная прохлада успокаивала быстрее любого чая и сна. Я словно попала в сказку, где добро победило без боя. Словно принцесса, я ступала по земле, как по полу огромного бального зала. А Джош был моим принцем. Ощущая его руку на своём запястье, я чувствовала его непокорную силу. Если и можно было сравнить его с животным, то я бы назвала его диким скакуном.
Так много всего хотелось сказать, но я молчала. Молчали и звёзды. А разве им нужно было что-то говорить? Они безмолвно наблюдали за странной парочкой, карабкающейся по стволу невысокого дерева и за небольшой собачкой, бегающей по траве и ловящей светлячков.
Цепляясь за выступы в стволе, я следовала за парнем. Мы сели друг напротив друга на самой широкой ветке. Проводя руками по листьям, я представляла… Да ничего я не представляла. Я даже мечтать не могла о той реальности, что меня сейчас окружала. Эта свежесть, этот аромат зелени…
Джош долго смотрел мне в глаза, немного наклонив голову на бок. Такой вот он был. Странный художник, охотящийся за самыми мелкими деталями.