— Тебе никогда не казалось, что глаза человека очень похожи на планеты? — неожиданно сказал он, да так тихо, что мне пришлось молчать несколько секунд, чтобы понять смысл его слов.
— Я не знаю, как выглядят планеты, — соврала я и отвела глаза в сторону. Мне всё казалось, что он увидит настоящий цвет моих глаз.
— Особенно голубые, — проигнорировал он мои слова и как будто прочитал мои мысли. — Ты когда-нибудь видела голубые глаза? Они похожи на космос, а зрачок — на чёрную дыру. Я не видел ничего более… — он задумчиво прищурился и пробежался взглядом от макушки моей головы до ног и, наверное, самых кончиков волос. — Более разрушающего. И манящего. Иронично, да? Чёрные дыры тоже сначала манят, а потом уничтожают всё, что к ним приближается.
— Я не понимаю, о чём Вы, — снова соврала я. Конечно же, я всё понимала.
— Прошу, называй меня на «ты». Может, в каких-нибудь ролевых играх твоё «выканье» и пригодится в будущем, но не сейчас.
Какие ещё ролевые игры?..
Я согласно кивнула и вновь отвела взгляд.
— Знаешь… Это место кишит загадками. Хоть они и говорят, что дети выбираются отсюда только после двадцати пяти лет, на самом деле, отсюда выходят по-разному. Не в этом суть. Суть в том, что неизвестно, сколько придётся здесь пробыть. Отсюда вывод: учись искать знакомства с нужными людьми.
На секунду я обрадовалась, что меня эта участь минует, но сердце предвещало, что слова странного художника мне очень пригодятся.
— Не хочу показаться самовлюблённым, хотя чертовски себя люблю, но тебе крупно повезло, что ты попала именно к нам в комнату. Мы с Элисон здесь знаем каждую собаку. Ты не представляешь, какие у нас возможности, — после этих слов Джош пододвинулся ко мне и посмотрел прямо в глаза, — Я могу сломать твою жизнь, хочешь? — он спросил абсолютно серьёзно и долго смотрел на меня, не отрываясь и даже не моргая. Мелкая дрожь прошлась по всему телу. Я сглотнула и сжала руки в кулаках, готовясь к худшему.
— Чужие жизни может сломать только тот, у кого собственная разбита вдребезги, — спокойно ответила я, поражаясь холоду в собственном голосе.
Джош серьёзно задумался. Его взгляд помрачнел, но через секунду парень громко рассмеялся и отстранился от меня, вновь облокотившись о ствол дерева.
— Я же просто шучу, Ниа. Серьёзно, видела бы ты свое лицо. Да у меня язык не повернётся кому-то плохое о тебе сказать. И тут скорее не я всех знаю, а меня все. Как балбеса, раздолбая и гуляку.
Хоть парень и сменил тему, резко переключившись на режим весельчака, неприятное послевкусие осталось в душе. Может, он просто не нашёл нужного ответа, а улыбка стала защитной реакцией? Или у него действительно такие шутки?
Джош сложный. Несколько дней притворяться глухонемым да ещё и так, чтобы никто не заподозрил, не каждый сможет. Его мимика, его движения, его слова… Всё было как в какой-то игре, где характер персонажа можно было бы сменить всего одним кликом. Но с этим парнем всё сложнее. Он сам себе создатель. Он сам себе игрок.
__________________________________
¹Энд (End) — в переводе с англ. «Конец».
Небо 7. Быть как все
Нормальность — это асфальтированная дорога. Идти по ней удобно, но цветы на ней не растут.
© Винсент Ван Гог
От автора
Миранда проснулась довольно поздно. Пропустив несколько первых уроков, она наконец встала с постели и первым делом подошла к детской кроватке, где мирно сопело её маленькое чудо. Дочка была очень похожа на ныне покойного отца. А может, и не покойного… У дикарей давно так завелось — считать мёртвыми тех, кого выгнали из племени. Честер, как звали бывшего мужа Миранды, никогда не любил быть среди дикарей. Не любил их обычаи и их самих. «Он не любил это место, но любил тебя. Неужели его сердце было настолько мало, что в нём не могло поместиться больше одного человека?» — пронеслись слова Айдена в голове Миранды. Честера действительно держала только она. Он постоянно покидал лагерь, что было запрещено. И ладно, если бы это было для какой-то цели, но нет же. Он выходил на «свободу» ради «свободы». Просто чтобы не чувствовать себя заточённым. За это его и изгнали. Бойтесь своих желаний — они имеют свойство исполняться. У Честера исполнилось, теперь он свободен. Но мёртв.
Миранда расчесала непослушные кудрявые волосы, аккуратно взяла на руки дочку и вышла из своей комнаты, направляясь к столовой. Там уже собрались многие её знакомые из дикарей. Там же был и Айден.