— Не понимаю, о чём ты, — на выдохе произнёс он и спрятал записку себе в карман. Подлец…
— Это была месть? Личная цель? Неужели так бы Вам стало легче?
— Скажи это моим ребятам, — он не стал оправдываться, — которые лично видели смерть своих родителей. Спроси у них, каково видеть человека, который отнял у них всё, — парень эмоционально показывал руками то на дверь, то стену, через которую находилась комната кого-то из дикарей. — Твой дружок забрал у нас всё, что нам было дорого. Всё, что МНЕ было дорого, — он постучал кулаком по своей груди и сделал нервный шаг в мою сторону. — А ведь мы даже домой вернуться не можем. Потому что его больше нет, — Ад с насмешкой в голосе развёл руки в стороны и чуть повысил тон. Это в нём копилось долго… — Ты бы потеряла друга, а мы потеряли всё. И почему я должен быть с ним любезен? Нам просто некуда идти, разве что…
— G-27?
Парень умолк. Он задумчиво нахмурился и сжал губы, сомневаясь в своём ответе. Может быть, он просто не доверял мне свое сокровенное «да», а может, и сам не знал, куда им теперь нужно податься. Но я ни за что не поверю, что дикари решили подчиняться местным законам из-за желания здесь жить.
Громкий стук в дверь раздался внезапно. Настойчиво и нетерпеливо кто-то рвался попасть в комнату или поскорее вытащить из неё хозяина. Идиллия была нарушена. Тишина сменилась нестерпимым ощущением какой-то незаконченности. А ведь был такой прекрасный шанс узнать чуть больше тайн, но когда я думаю об этом, вспоминаю ингалятор на верхнем выдвижном ящике стола и жуткий рисунок протеза сердца. Разве на сегодня вопросов недостаточно?
— Как же он меня достал… — слышу женский голос за дверью, прерываемый ещё более громким стуком.
Ад закатывает глаза, неохотно идёт к выходу и ключом открывает дверь двум девушкам со сморщенными от злости лицами и взъерошенными волосами. При виде них Ад крепче сжимает дверную ручку с и без того облупленной белой краской.
Одна из девушек, смуглолицая брюнетка с узковатым вырезом глаз, расправила плечи и важно выгнула густые брови, придающие её карим глазам нотку строгости и опасности. Она была красива. Высокая, статная, в меру худая, пышногрудая. Внешне она напоминала мне Элисон, пока не заговорила.
— Тебе напомнить, что ты здесь не один живёшь? — голос высокий, женственный, но мерзкий на слух. — Или в голове уже ничего, кроме формул не осталось? — она улыбнулась своей шутке и посмотрела на девушку, стоящую рядом с ней.
Та была полной её противоположностью. Низкая, сгорбленная, одетая во что-то неприглядное, а блондинистые волосы заплетены в неопрятную косу. Словом, выглядела она небогато, да и её речь отличалась нищетой — она молчала. Девушка жутко напоминала Миранду. Она посмотрела на брюнетку и улыбнулась ей в знак поддержки, правда не очень искренно.
— Хочешь загадку, сладкий? — грудастая вновь обратилась к Аду, поставив руки по бокам, и надула губы, думая, что так выглядит сексуальнее. Хотя… Так она и выглядела. — Тугодум, редкостная зануда. Издалека напоминает человека и сейчас находится в комнате. Кто же это?
Айден громко захлопывает дверь перед лицами девушек и оборачивается в мою сторону.
— Кажется, это к тебе пришли.
Нервно сжимаю губы и собираюсь уйти, но блондин останавливает меня жестом руки и начинает что-то искать в маленькой деревянной тумбочке у двери, заваленной всяким женским хламом.
— Ты что-то брала из их вещей? — спрашивает у меня и кивает головой в сторону своих соседок, так и стоящих в коридоре.
— Я же только что показала карманы.
Перед тем, как дикарь подошёл ко мне, я заметила в его руках тучу маленьких баночек с разноцветными жидкостями и блёстками. Он с невероятным облегчением отдал их всех мне, так и говоря: «Прошу, забери это». У Элисон тоже было много таких. Лаки, духи, косметика… Оно и не странно, что Ад хочет от всего этого избавиться. Как только я вошла в комнату, почувствовала приторно-мерзкий запах женских духов. Да такой сильный, что даже слезились глаза, но сейчас он уже почти не чувствуется. Привыкла. Я представляю, каково парню жить с двумя девушками, так яростно брызгающими на себя эту вонючую гадость.