Это был некто, отдаленно имеющий форму человека. Точно сказать я не могла, потому что силуэт тонул в дымке, переливающейся всеми оттенками синевы. Эта же дымка прятала черты лица Карела, оставляя видимыми лишь светло-серые светящиеся радужки глаз и прямые кобальтовые волосы, уложенный на косой пробор. Я предположила, что под дымкой все-таки скрывается мужчина. Вокруг него живым фейерверком, порхали яркие голубые бабочки с телами стрекоз.
- У меня есть важные сведения, - сказал вошедший вместо приветствия. – Сведения… в ведении.
Низкий шелестящий голос отдавался эхом, точно вместо одного человека говорили двое, только второй запаздывал и явно имел собственное мнение относительно происходящего. Даже мне с моим феноменом мироходцев сложно было понимать Карела.
Хладоград пояснил:
- Пока объявлено перемирие, завтра в Крестославле наши и зеленые сядут за стол переговоров. Слепцу ясно, что войну пора заканчивать.
- Уже сотню раз садились, да не высидели ничего - проку от их болтовни с гулькин шиш. Всяк норовит побольше преференций выморщить, потому договориться не могут, торгаши хреновы! Прости, Карел, это не тебе. А пока они в своих высоких хоромах жадобятся, на передовой гибнут люди и нелюдь всякая, - зло выплюнул Мститлен.
Хладоград осадил паренька:
- Зеленые не хуже нас с тобой, они не нелюдь!
- Вечно вы носитесь с вашей министерской дипломатией. Я между прочим, худого не держу, мне и зеленых жаль, коли мрут. А все-таки они не люди, у них внутри все иначе устроено, уж можете мне поверить - сам вот этими вот руками им раны штопал.
Спор прервал Карел:
- Готовятся провокации, я видел во снах. Во снах… в умах. Они будут с вашей стороны, будут со стороны зеленых. Не все жаждут завершения войны. Свершения… войны.
- Ну, разумеется, а как бы еще политикам кус пожирнее урвать! Коли все чинно-мирно пройдет, об уступках не может быть и речи – вновь принялся закипать Мститлен.
- Прошу извинить горячность моего друга, он только воротился с передовой. Но в целом он прав: солдаты злы, с обеих сторон многие ушли во сны. Перемирие перемирием, однако довольно искры, чтобы полыхнуло вновь, и тогда дипломатию можно смело отправлять псу под хвост. Один пальнет – о перемирии не вспомнят. Для этого нужны светочи. Мы вот как сообразили: один из вас вместе со мной отправится на переговоры, чтобы политики перестали жадобиться и вспомнили о простом люде, тогда как другой сядет на передовой, для подстраховки. Если только легенды про природу светочей не врут.
- Они правдивы, - подтвердил Рафааль, а Мир кивнул:
- Схема рабочая. Принимается.
Тут одна из бабочко-стрекоз подлетела ко мне и вознамерилась забраться за шиворот.
- Не шевелись, - негромко сказал Мститлен, когда я принялась отмахиваться. – Она поест и улетит.
- А чем они питаются? Нектаром?
Я где-то читала, что насекомые порой принимают за нектар духи и летят на запах. Возможно, бабочке понравился мой шампунь или гель для душа. Поскольку я не препятствовала, бабочка все-таки втиснулась ко мне под футболку, щекоча тоненькими, как проволочки, лапками, и двинулась вдоль позвоночника. Я стоически терпела – не очень-то было вежливо прихлопнуть чужое насекомое.
Пока бабочка ползла, в моей голове внезапно вспыхнуло видение: я в длинном белом платье, похожем на мамино с фотографий, стою на усыпанном монетами и цветочными лепестками асфальте, рядом в костюме с розой в петлице стоит ослепительно красивый Рафааль. Его тициановые волосы полыхают на солнце. Мы держимся за руки. Гости кричат извечное «Горько!», светоч склоняется ко мне, тянется к губам губами …
- А ты ей понравилась. У тебя сладкие мечты, - вторгся в мои грезы раздвоенный, точно змеиное жало, голос. – На ты… мечты. Я смогу их продать подороже. Дороже до дрожи.
Я отшатнулась. Вместо Рафааля рядом со мной стоял Кобальтовый Карел, держа за крылышки голубую бабочку. Длинные цепкие пальцы Карела были унизаны перстнями, дыхание было сладким, как пыльца, как ангельская пыль, как тлен, как будто он сам питался нектаром. Шурша крылами, бабочки заключили нас в плотное светящееся кольцо. Меня настигло ощущение, что я попала внутрь сна, того, старого, где было Министерство снов и озеро с птицами, таблетки-портал и сказочные существа, где умершие продолжали жить во снах, и вот теперь еще Карел с его дрессированными бабочками. Может и прошлое, что я учила на уроках истории, было всего лишь выдумкой профессоров, повстречавших во снах обитателей этого мира?