Этот мир был так похож на мой и все же отличался, как отличаются от реальности сны. Разница была даже не в деталях, а в их соединении: магические зеленые и былинные славяне, какими они могли стать в наши дни; напичканные оружием автомобили и светлячковая настойка, дарующая способность понимать языки, а еще дома, в архитектуре которых высотки слились с храмами. Из-за этого сходства-различия я никак не могла избавиться от ощущения, что все происходит не всерьез. Своим ощущением я поделилась со светочем.
- Не могу избавиться от мысли, будто мы попали внутрь книги. Все так странно, словно не по-настоящему: Министерство снов это, и умершие, которые уходят во сны, и шастающие по снам при жизни. А их рассказы про зеленых? Да один Карел чего стоит!
Рафааль пожал плечами.
- Как говорит мама, все вымышленное где-то да становится явью. Ведь я тебе тоже снился, разве я для тебя не всерьез?
И он еще спрашивал? Да серьезнее Рафааля не было ничего в моей жизни! Я жарко возразила:
- Ты не отсюда.
Светочу этого оказалось недостаточно. Он мягко, снисходительно улыбнулся:
- И в этом вся разница? Обитатели этого мира живут, дышат, чувствуют боль. То, что они кому-то снятся, не делает их ненастоящими.
- А не знаешь, чьи это могут быть сны?
- Не знаю. Но раз существует мир снов, значит существуют те, кому они снятся. Кстати, в данный момент они определенно снятся нам с тобой.
- Ой, только теперь вспомнила! Я же хотела рассказать тебе сон: будто бы я остановила армии. Вот так встала между ними, взмахнула руками как дирижер перед оркестром и сражение прекратилось.
Наверное, в глубине души я ждала восхищения или, на худой конец, изумления. Я совсем позабыла о том, что Рафааля удивить невозможно.
- Вот и хорошо, - спокойно сказал он на мои откровения. - Такого сна мы с тобой еще не делили.
Вместо светоча удивилась я.
- Такого? А какие делили?
- После нашей первой встречи я стал видеть во сне другие миры. И это не мои сны, хотя они мне и снятся. А теперь ты увидела мой. Мы обменялись снами.
- А что такое обмен снами?
- Когда люди делят сны на двоих. Да этого я видел твои сны, теперь ты видишь мои. Выходит, я твой якорь, это ко мне ты шла сквозь миры.
Он сказал это так просто, так обыденно – впрочем, для Калмакайнена может, такое и впрямь было обыденностью: якоря, светочи, путешествия в другие реальности. Я и впрямь почувствовала себя девочкой из ограниченного мира, только это были не просто слова, а настоящая ограниченность.
- Ох, Раф, откуда ты столько всего знаешь!
- От Хондра. Все ж-таки он не только магистр кафедры основ бытия, но еще и мой отец. Он очень много знает о законах мирогранья.
[1] Славянское название кентавра.
[2] От «толмач» (устар.) – переводчик, посредник в беседе, разговоре и «tincturа» (лат.) – настойка.
[3] Caeruieum-ex-Cobaltum (лат.) – Тень-из-Кобальта, Торговец Галлюцинациями, Поставщик Иллюзий, Торгаш – образ создан моей дочерью, описание дано ею же.
[4] И еще одно существо из бестиария моей дочери. Птица-домовой женского рода, фактически она фамильяр домового, вместе с ним хранитель дома и живущих в нем.
Природа светоча
Мы шли долго. И если поначалу я ахала да крутила головой, восхищаясь местными красотами, то чем дальше, тем больше брала свое усталость. Лес не менялся, зато ноги от долгой ходьбы налились тяжестью, от переизбытка кислорода шла кругом голова, а еще очень хотелось пить. Я с жадностью смотрела на пористый снег, что сохранился в тени под деревьями. В очередной раз сглотнув пересохшим горлом слюну, я не выдержала:
- Нет ли поблизости какого-нибудь ручейка?
- Да, я бы тоже не отказался попить, - поддержал меня Рафааль.
- Скоро будет родник, а там и до линии фронта рукой подать.
Издалека донесся негромкий хлопок. Я бы не услышала, если б Мститлен не остановился, наклонил голову, а затем с удвоенной скоростью заторопился вперед - хлопок явно не предвещал ничего хорошего.